Выбор читателей:

РЕГИОНАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ В ИЗОБРАЖЕНИЯХ. АУДИОВИЗУАЛЬНЫЕ ДОКУМЕНТЫ В АРХИВАХ МОСКОВСКОЙ ОБЛАСТИ

News image

А.И. РОЗАНОВ, г. Москва, Российская Федерация РЕГИОНАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ В ИЗОБРАЖЕНИЯХ. АУДИОВИЗУАЛЬНЫЕ ДОКУМЕНТЫ В АРХИВАХ МОСКОВСКОЙ ОБЛАСТИ Аннотация В статье раскрывается состав и содержание ...

АУДИОВИЗУАЛЬНЫЕ ДОКУМЕНТЫ ПО ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ В РОССИЙСКО–ШВЕДСКИХ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИХ ПРОЕКТАХ

News image

М.А. ЧИЧУГА, г. Москва, Российская Федерация АУДИОВИЗУАЛЬНЫЕ ДОКУМЕНТЫ ПО ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ В РОССИЙСКО–ШВЕДСКИХ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИХ ПРОЕКТАХ Аннотация Автор характеризует состав и содержания аудиовизуальных документов, касающихся ...

«ЭПОХА IT В АРХИВНОЙ ОТРАСЛИ: ПРОБЛЕМЫ СОХРАННОСТИ И ДОСТУПНОСТИ ЭЛЕКТРОННЫХ ДОКУМЕНТОВ». КРУГЛЫЙ СТОЛ В РАМКАХ IX МЕЖДУНАРОДНОГО IT – ФОРУМА С УЧАСТИЕМ СТРАН БРИКС И ШОС 6-7 июня 2017 г.

News image

6-7 июня 2017 года в городе Ханты-Мансийске в рамках IX Международного IT-Форума с участием стран БРИКС и ШОС Архивная служба Юг...

ИЗ ИСТОРИИ ВИТЕБСКОГО ОТДЕЛЕНИЯ МОСКОВСКОГО АРХЕОЛОГИЧЕСКОГО ИНСТИТУТА

Печать PDF






К 100-ЛЕТИЮ СО ДНЯ ОТКРЫТИЯ




При общей неплохой изученности истории российских археологических институтов, готовивших кадры в том числе и для работы в архивах (труды В.А. Зайцева, А.Е. Иванова, Н.В. Колышницыной, И.А. Курниковой, И.Л. Маяковского, Т.И. Хорхординой и др.), недостаточно исследованной остается деятельность их региональных отделений, нередко выступавших в качестве своеобразных центров исторического культуроведения. Не является в этом отношении исключением и Витебское отделение Московского археологического института, 100-летний юбилей открытия которого отмечается в октябре 2011 г.

Одним из немногих исследователей, обративших на него внимание, является историк З.В. Шибеко, опубликовавший в белорусском литературно-художественном журнале популярную статью, основанную на изучении материалов фонда МАИ, хранившегося в Центральном историческом архиве Москвы (ЦИАМ. Полагаем, что не случайно и не с учетом популярного характера периодического издания, где публиковалась статья, автор называет «археологическими курсами» открытый в Витебске филиал МАИ. Дело в том, что, как свидетельствовал в ноябре 1922 г. Б.Р. Брежго, до 17 февраля 1918 г. существовала Витебская аудитория МАИ, переименованная затем в отделение, заведующим которого он и был назначен. В других источниках встречаются определения «публичные чтения Института в Витебске», «Витебские публичные чтения». С учетом такого разнобоя в названиях витебского филиала МАИ далее будем именовать его так, как он стал называться в 1918 г. — Витебским отделением. Деятельность последнего в контексте работы Витебской губернской ученой архивной комиссии затрагивалась в учебном пособии по архивоведению (при этом авторы опирались исключительно на статью З.В. Шибеко).



К истории Витебского отделения обращались не только исследователи, изучавшие историю архивного дела в Беларуси, но и авторы, работавшие в жанре научной биографистики, а также работники архивных и музейных учреждений, в которых хранились материалы лиц и учреждений, связанных с деятельностью отделения, научные сотрудники академических институтов, готовившие к изданию труды деятелей белорусской культуры и др.

Что касается настоящей статьи, то непосредственным поводом для ее подготовки стал не только столетний юбилей со дня открытия отделения, но и работа автора в московских архивах, и прежде всего, в ЦИАМ, где хранится архивный фонд института, включая и документы, относящиеся к деятельности объекта исследования настоящей статьи, а именно — его Витебского отделения. Несмотря на неполную сохранность фонда, представляющего собой типичное собрание документов учреждений образования, его документы, тем не менее, позволяют судить о деятельности Витебского отделения.



В первой описи сосредоточены 4 589 личных дел студентов и вольнослушателей института, систематизированных по алфавитному принципу (разумеется, без дифференцирования по отделениям); во второй — личные дела преподавателей, почетных членов и сотрудников института (их 223); и, наконец, в третьей описи сконцентрированы делопроизводственные документы канцелярии, Совета МАИ: протоколы заседаний Совета, отчеты о деятельности института и его отделений; списки слушателей и почетных членов, тем диссертаций и практических занятий; переписка канцелярии МАИ с отделениями; журналы входящих и исходящих документов и др. (всего113 дел). В отдельные собрания выделены документы, озаглавленные «Дело об учреждении местных губернских ученых архивных комиссий» (1908—1914 гг., на 237 л. ) и «Дело об открытии в Витебске отделения Института»(1911 г., на 171 л.).

Вторая группа источников представлена делопроизводственными документами хранящегося в Национальном историческом архиве Белоруссии (НИАБ) в Минске фонда Витебской ученой архивной комиссии, инициировавшей открытие в губернском центре отделения МАИ: протоколы общих собраний комиссии, переписка с канцелярией и Советом института и др. Как и в фонде МАИ в ЦИАМ, в фонде ВУАК в НИАБ выделен в качестве самостоятельного комплекс документов об открытии Витебского отделения института.

И, наконец, третью группу составляют документы высшего законодательного органа советской Беларуси и Белорусского государственного университета, свидетельствующие о судьбе имущества Витебского отделения после закрытия в 1922 г. Археологического института: переписка ЦИК БССР с ВЦИК и Главпрофобром РСФСР; протоколы заседаний ликвидационной комиссии; переписка руководства БГУ с ЦИК БССР, Главпрофобром РСФСР и др.

Документы этих групп, дополняя (а порой и дублируя!) друг друга и взятые в совокупности, позволяют составить представление об основных этапах в истории создания и деятельности Витебского отделения МАИ, определить степень причастности конкретных лиц к данному учреждению, в том или ином качестве (преподавателя, студента, вольнослушателя), и, наконец, ответить на главный вопрос, а именно: можно ли считать Витебское отделение МАИ, открытое 27 октября 1911 г., предшественником начавшего свою деятельность ровно 10 лет спустя Белорусского государственного университета по гуманитарной составляющей.

Итак, как уже отмечалось, инициатива открытия осенью 1911 г. в Витебске филиала МАИ исходила от руководства местной ученой архивной комиссии, созданной двумя годами ранее. Более других заинтересованная в подготовке квалифицированных кадров для работы в архивах губернского и даже уездного уровней, архивная комиссия в то же время была способна решать и организационные вопросы: подыскать помещение, где могли бы проводиться лекции и практические занятия со студентами и вольнослушателями (таковым станет здание открытого в ноябре 1910 г. Учительского института по Гоголевской ул.), пригласить из Москвы профессоров и преподавателей для ведения занятий, организовать и провести набор слушателей и т.п.

Как засвидетельствовал протокол ее общего собрания, состоявшегося 18 сентября 1911 г., именно на нем председатель комиссии В.А. Кадыгробов (1877—после 1915), занимавший должность товарища председателя окружного суда, сообщил коллегам, что все вопросы по отделению улажены и оно начнет функционировать с 27 октября 2011 г. Такое позднее открытие учебного заведения Кадыгробов объяснял, с одной стороны, невозможностью профессоров МАИ в более раннее время приехать в Витебск для чтения лекций, а с другой, тем, что на 26 октября была намечена закладка памятника в память 1812 г., сооружаемого по инициативе комиссии, и председатель последней считал целесообразным «предоставить желающим возможность одновременно принять участие в двух торжествах».

На состоявшемся 24 сентября 2011 г. втором заседании комиссии, посвященном памяти убитого в Киеве террористом П.А. Столыпина (на нем присутствовали губернатор Н.Ф. Ошанин, прокурор Витебского окружного суда С.М. Констаинович, директор женской Мариинской гимназии М.И. Лебедев, директор Учительского института К.И. Тихомиров и др.) В.А. Кадыгробов рассказал собравшимся об имевшей место в ноябре прошлого года встрече с покойным премьер-министром, который, по его словам «выказал живейшее участие к сооружению в г. Витебске памятника 1812 г., а равным образом с полным сочувствием встретил зародившуюся идею у В.А. об открытии у нас отделения Московского археологического института».

Открытие 27 октября 1911 г. Витебского отделения было обставлено весьма торжественно: в этот день состоялось соединенное заседание Московского археологического института и Витебской ученой архивной комиссии. Первым после торжественного молебна слово было предоставлено директору МАИ А.И. Успенскому, который в своей речи дал характеристику преподаваемым в институте наукам, открывающим, по его мнению, «нашему уму широкие научные перспективы, широкий умственный кругозор и служащие к выяснению исторических судеб человеческих и освещению современной деятельности в связи с давно минувшими событиями». Выразив в заключение уверенность в том, что создаваемое по инициативе витебского общества отделение встретит с его стороны нравственную и материальную поддержку, директор МАИ пожелал Витебскому отделению «мощного процветания и развития на пользу историко-археологической науки».

Профессор МАИ Н.Н. Ардашев ввел будущих слушателей отделения в область дисциплин, которые им будут преподаваться, отметил их значение для изучения «разного рода памятников культурного развития человечества». Его коллега, И.Ф. Колесников (1872—1952), сам год назад закончивший археографическое отделение МАИ, защитивший диссертацию «Исторический обзор архивного законодательства в связи с историей и современным состоянием архивов на Западе и в России» и преподававший в институте археографию и архивоведение, указал, что «в последнее время, вместе с пробуждением национального самосознания, пробуждается интерес к археологическим наукам». Это, по его мнению, являлось хорошим предзнаменованием, ибо «теперь уже наши неоценимые сокровища в виде различных памятников старины не будут поступать в заграничные музеи, а найдут пытливых исследователей у себя на Родине».

Бурными, долго не смолкавшими аплодисментами, было встречено носившее яркий, образный характер выступление одного из инициаторов открытия в Витебске отделения МАИ — неоднократно уже упоминавшегося В.А. Кадыгробова. Заканчивая его и обращаясь к А.И. Успенскому, председатель Витебской ученой архивной комиссии сказал: «Мы передаем Вам в лице нашей аудитории тепличное растение, выросшее на нашей каменистой и песчаной почве, растение, которое требует тщательного за собою ухода, при котором оно быстро вырастет и окрепнет, и мы верим, что наше горячее стремление к свету и знанию найдет в научных силах Московского археологического института живой отклик».

Молодого собрата приветствовали представитель годом ранее открытого Смоленского отделения МАИ, а также председатель Виленской археографической комиссии Ф.Н. Добрянский, городской голова И.Ю. Сабин-Гус, местный историк В.К. Стукалич и др. Было доложено о поступивших в адрес нового отделения свыше 100 приветственных телеграмм, включая телеграммы от председателя Государственной думы, протопресвитера военного и морского духовенства протоиерея о. Г. Шавельского, не присутствовавшего по болезни на заседании губернатора Н.Ф. Ошанина, ректора Варшавского университета (им, как известно, в то время был Е.Ф. Карский) и др.

На состоявшемся 4 декабря 1911 г. годичном собрании ученой архивной комиссии В.А. Кадыгробов доложил об учреждении стипендий для студентов отделения. Таковых было 13: одна — имени П.А. Столыпина - учреждалась уездной земской управой и 12 — городской думой.

Уже 3 ноября 1911 г. на заседании Совета МАИ был заслушан «словесный доклад директора об открытии публичных чтений Института в Витебске». Совет постановил «благодарить Успенского за усиленные труды по открытию публичных лекций Института в Витебске».

Помимо столичных профессоров МАИ к преподавательской работе по Витебскому отделению привлекались и местные научные и административные силы. Так, 2 декабря 1911 г. в почетные члены института был баллотирован директор Учительского института в Витебске К.И. Тихомиров. 11 апреля 1912 г. на заседании Совета МАИ было рассмотрено предложение директора института открыть в Витебске и Смоленске чтение по «древностям Северо-Западного края» и пригласить для этой цели А.П. Сапунова с платой ему по 300 руб. за годовую лекцию, избрав его одновременно в действительные члены.

Несмотря на то, что А.П. Сапунов пользовался заслуженным научным авторитетом среди коллег—историков, архивистов, археографов, являлся членом многих научно-исторических обществ, ему, прежде чем стать преподавателем института, пришлось пройти существовавшую тогда среди работников вузов процедуру чтения пробных лекций с последующим их обсуждением. 2 февраля 1913 г. Совет рассмотрел вопрос о пробной лекции А.П. Сапунова «О достоверности отрывка из полоцкой летописи, помещенной у Татищева под 1217 годом» и признал ее удовлетворительной. Здесь же была назначена и вторая пробная лекция «О задачах науки», которая была прочитана Сапуновым и также признана удовлетворительной.

В результате 3 февраля 1913 г. Сапунов единогласно был представлен Министерству народного просвещения для утверждения в звании «преподавателя Института по кафедре «Древности Северо-Западного края». На этом же заседании по предложению директора его единогласно избрали почетным членом института. В числе преподавателей МАИ значится и витебский городской голова И.Ю. Сабин-Гус.

Научно-общественная функция МАИ, равно как и его филиальных отделений, включая Витебское, отчетливо проявилась на созванном в конце мая 1913 г. I Археологическом съезде, посвященном 300-летию дома Романовых и санкционированном Николаем II. Он собрал 621 делегата, включая и представителей научной общественности Москвы, Варшавы, Витебска, Гродно и др.

Разумеется, война не могла не внести коррективы в работу отделения. Так, 15 сентября 1914 г. Совет МАИ принимает решение: «закрыть археографическое отделение в Смоленске и Витебске на публичных лекциях на 2 года, акты устраивать на всех публичных лекциях местными средствами».

Осенью 1914 г. состоялся первый выпуск слушателей МАИ по Витебскому отделению. 12 октября были защищены диссертации работавшей хранителем архива Витебской ученой архивной комиссии М.А. Мельниковой «Витебский лицевой сборник» и А.А. Васильевой «Витебская Благовещенская церковь». Итоги защиты признали успешными и Мельникова была удостоена звания «ученый архивист», а Васильева — «ученый археолог». 4 февраля 1915 г. на заседании Совета МАИ слушали защиту диссертаций ученого археолога П.И. Дейниса «Полоцкие церковные древности в их прошлом и настоящем» и Е.С. Ивацик «Коложский Борисоглебский монастырь, ныне Коложская церковь в Гродне». По итогам защиты Совет вынес решение: «удостоить званий и медалей: первого — золотой, второго — серебряной».

Обращение к личным делам студентов и вольнослушателей Института дает основание утверждать, что среди последних было немало тех, кто внес существенный вклад в развитие архивного, музейного, библиотечного дела Беларуси, Литвы, России, Украины, способствовал обогащению их национальных культур. Это и классик белорусской литературы Янка Купала, зачисленный в октябре 1918 г. на недавно открытый факультет истории искусств по Смоленскому отделению (д. 2320); один из руководителей краеведческого движения на Витебщине в 1920-е гг. Д.М. Василевский (д. 574 а); заместитель директора Витебского исторического музея, член-корреспондент Инбелкульта Н.Н. Богородский (д. 402), братья Брежго, один из которых — Болеслав Ричардович, в 1918 г. возглавит отделение, одновременно будучи уполномоченным Главного управления архивного дела РСФСР по Витебской губернии и заведующим Витебского губернского архива (д. 475); руководитель музея Витебской ученой архивной комиссии К.А. Змигродский (д. 1446); будущий выдающийся белорусский археолог, профессор БГУ А.Н. Лявданский (д. 2337); заместитель руководителя Центрархива Беларуси М.В. Мелешко (д. 2518); секретари Смоленской и Витебской ученых архивных комиссий А.Н. Руженцов (д. 3371) и С.П. Сахаров (д. 3466); будущий профессор БГУ И.А. Сербов (д. 3528); будущий директор Слонимского исторического музея в 1920—1930-е гг. И.И. Стабровский (д. 3782); этнограф, фольклорист, библиограф, архивист А.О. Шлюбский (д. 4524) и др.

Это не может не свидетельствовать об уникальном характере данного учебного заведения, привлекавшего к себе слушателей как составом высококвалифицированных профессоров и преподавателей, так и набором читавшихся в нем дисциплин широкого гуманитарного диапазона. В числе последних — архивоведение (А.И. Успенский), археография (И.Ф. Колесников), генеалогия (Л.М. Савелов), нумизматика (В.К. Трутовский), эпиграфика (Н.И. Новосадский), греческая палеография (С.И. Соболевский) и др. Для чтения лекций в Витебск приезжали такие известные ученые как геолог и палеонтолог А.А. Чернов, языковед и славист Р.Ф. Брандт, археолог В.А. Городцов, историк Н.Н. Фирсов и др.

Важную роль Витебское отделение МАИ сыграло и в деле сохранения архивных материалов на территории губернии после революционных событий 1917 г. В первую очередь это касалось Витебского губернского архива, до февраля 1917 г. не имевшего самостоятельного штата и находившегося в ведении Канцелярии общего присутствия губернского правления. С февраля по октябрь 1917 г. архив находился при Канцелярии губернского комиссара, а затем был передан отделу управления Витебского губисполкома. Последний в свою очередь 31 октября 1917 г. передал его губернскому отделу народного образования, а тот 12 ноября 1917 г. предложил Археологическому институту принять архив в свое ведение. 26 ноября 1917 г. А.И. Успенский дал согласие на принятие архива и сообщил о назначении его заведующим Б.Р. Брежго, бывшего к тому времени уже заведующим Витебского отделения МАИ.

30 ноября 1918 г. Брежго принял от губОНО по акту архив, подготовил проект его штата, смету на первую половину 1919 г. с объяснительной к ней запиской и 20 декабря 1918 г. отослал их ректору МАИ для предоставления в Наркомпрос. В сопроводительной записке он писал, что передача Витебского губернского архива обусловлена назревшей необходимостью, поскольку поступление в него все большего и большего количества материала требовало приведения его в порядок, разработки, «что могло быть выполнено уже не самим архивом, а только таким учреждением, в распоряжении которого имеются научно подготовленные силы, каким и является Московский археологический институт».

«Нахождение архива в заведывании Института, - считал Брежго, - принесет двойную пользу: студенты Витебского отделения, руководимые специалистами Института, со временем приведут архив в подобающий ему порядок, получив при этом сами практическую подготовку в области архивоведения, дипломатики, генеалогии и геральдики».

Таким образом, еще до официального утверждения Брежго уполномоченным ГУАД РСФСР по Витебской губернии (это произойдет 31 марта 1919 г.) он в качестве заведующего Витебского отделения МАИ приступил к исполнению обязанностей руководителя архивным делом на территории губернии, сделав много позитивного в деле собирания и сохранения архивного наследия в эти «окаянные дни». Заметим, что несколько позже в Витебское отделение МАИ были переданы и делопроизводственные материалы прекратившей свое существование в конце 1918—начале 1919 г. Витебской ученой архивной комиссии, а также собранный ею небольшой исторический архив.

С ликвидацией в 1922 г. археологических институтов возник вопрос об имуществе региональных отделений, которые, как выше уже отмечалось, имел только Московский институт. 15 августа 1922 г. Главпрофобр Наркомпроса РСФСР, ведавший профессионально-техническими школами, принял постановление, в соответствии с которым имущество Витебского и Смоленского отделений МАИ (прежде всего, книжные и музейные собрания) подлежали передаче недавно созданному Белорусскому государственному университету. Однако, посланные 23 сентября 1922 г. с целью охраны и доставки в Минск имущества профессора БГУ Н.М. Никольский (в Смоленск) и В.Н. Перцев (в Витебск) получили категорический отказ со стороны губернских властей выполнить постановление Главпрофобра. Не возымело должного действия и обращение председателя ЦИК БССР А.Г. Червякова в Президиум ВЦИК и Главпрофобр 7 октября 1922 г. с просьбой «сделать распоряжение Смоленскому и Витебскому губисполкомам о беспрекословной передаче означенного имущества Белорусскому государственному университету».

10 октября 1922 г. Главпрофобр вторично рассмотрел вопрос теперь уже только об имуществе Витебского отделения, переданного на хранение в губернский архив, и назначил комиссию под председательством представителя Витебского губисполкома М.М. Колдобского для решения вопроса о нем. В ее состав вошли представители Московского университета (Б.П. Денике), БГУ (Н.М. Никольский и В.Н. Перцев) и Витебского института народного образования (П.Н. Ильинский).

21 ноября 1922 г. состоялось заседание комиссии. На нем было выслушано сообщение бывшего заведующего Витебским отделением Б.Р. Брежго о том, какими путями создавалось имущество отделения. Б.Р. Брежго осведомил, что до 17 февраля 1918 г. существовала Витебская аудитория, которая не имела никакого своего имущества. С реорганизацией в 1918 г. аудитории в отделение, заведующим которого был избран он (это имело место 6 февраля 1918 г.), последнее, по словам выступавшего, в течение всего своего существования никаких средств из центра на приобретение имущества не получало, и все приобреталось за счет местных средств. Так, часть иезуитской библиотеки (до 1 тыс. томов) была передана в 1918 г. по распоряжению горсовета из библиотеки Витебской мужской гимназии. Другая часть этой же библиотеки (до 2 тыс. томов) поступила из той же гимназии, в 1919 г. с оговоркой: впредь до заявления требования о возврате со стороны школы. До 500 томов поступило из библиотеки бывшей духовной семинарии. Остальная часть библиотеки отделения составилась из книг Витебского церковного древлехранилища, книг Витебской ученой архивной комиссии, библиотеки бывшей духовной семинарии. Что касается музея отделения, то он, по словам Брежго, также был создан из остатков музея местных ученой архивной комиссии и церковного древлехранилища. Все эти передачи оформлялись соответствующими документами, хранившимися как в витебских учреждениях, так и в МАИ.

Основываясь на сообщении Б.Р. Брежго, председательствующий на заседании ликвидационной комиссии заявил, что это имущество не может считаться законно принадлежащим Витебскому отделению, поскольку оно является собственностью различных учреждений Витебска и губернии и лишь случайно попало в пользование отделения. В виду сего, считал представитель губисполкома, указанное имущество не имеет никакого отношения к Археологическому институту и не может являться объектом спора и раздела между учреждениями, находящимися вне Витебской губернии и что единственным распорядителем этого имущества является губисполком, о чем последним и будет сделано надлежащее распоряжение.

К мнению М.М.Колдобского присоединился представитель Витебского института народного образования (бывший Учительский институт). Б.П. Денике высказал соображение, что раз представители Витебска высказывают категорическое мнение, что находящиеся в 7 комнатах Витебского губархива книги и музейные предметы не являются имуществом Витебского отделения, то нельзя во исполнение постановления Главпрофобра от 10 октября 1922 г. производить его распределение, так как в постановлении речь идет только об имуществе МАИ. Со своей же стороны представитель Московского университета полагал, что можно доверять сообщению Б.Р. Брежго и считать, что имущество действительно является имуществом Витебского отделения, и как таковое подлежит распределению между Московским, Белорусским университетами и Витебским ИНО. Представители БГУ присоединились к точке зрения своего коллеги из Москвы и указали на необходимость проведения проверки наличия документов и постановлений, на которые ссылался Брежго, для подтверждения правомерности передачи имущества, находившегося ранее в ведении различных витебских учреждений, Витебскому отделению Московского археологического института. Принимая во внимание вышеизложенное, комиссия не признала возможным приступить к распределению имущества Витебского отделения.

Разумеется, такое решение не могло удовлетворить руководство БГУ, которое надеялось пополнить достаточно скромную университетскую библиотеку книжным собранием бывшего Витебского отделения МАИ (его количество в виду отсутствия точного учета книг варьировалось от 20 тыс. экз., по оценкам Б.Р. Брежго, до 30—35 тыс. томов, по данным лиц, работавших в библиотеке). 18 декабря 1922 г. Правление БГУ вновь обращается в Главпрофобр РСФСР с просьбой создать новую компетентную комиссию для окончательного решения вопроса, включив в ее состав представителя ВЦИК.

Были ли переданы в БГУ книжные и музейные собрания бывшего Витебского отделения Московского археологического института? Какими-либо определенными сведениями на этот счет автор настоящей статьи не располагает; отсутствуют подобные сведения и в специальных работах, посвященных истории Фундаментальной библиотеки БГУ. Единственными косвенными источниками, указывавшими на то, что книги передавались в библиотеку БГУ, являются документы о имевших место хищениях книг бывшего Витебского отделения: секретное письмо заведующего Витебского губернского отдела Центрархива РСФСР Б.Р. Брежго, направленное 2 октября 1923 г. в адрес руководства Центрархива БССР, а также судебно-следственные документы в отношении бывшего заведующего библиотекой отделения и одновременно (до 28 февраля 1923 г.) — архивиста Витебского губернского архива А.О. Шлюбского, который 1 марта 1923 г. был утвержден председателем Разборочной комиссии и заведующим библиотекой Центрархива БССР.

В письме Брежго сообщалось, что по имевшимся у него данным переехавший в Минск Шлюбский продает там какие-то книги, якобы вывезенные из Витебска. Брежго высказывал предположение, что это могли быть книги из библиотеки Витебского отделения Московского археологического института, которой в свое время в Витебске заведовал Шлюбский, а после «ликвидации МАИ и передачи библиотеки БГУ, который поручил ее хранение Шлюбскому, последний мог воспользоваться этим». Данное письмо, поступившее к заместителю руководителя Центрархива Беларуси М.В. Мелешко, последним было направлено в ГПУ и стало причиной произведенного 25 ноября 1923 г. на квартире Шлюбского обыска, в результате которого обнаружена «масса книг со знаками, принадлежавшими Витебскому археологическому институту и арестован сам Шлюбский».

В копии приговора Высшего суда Республики по уголовному отделу от 15 апреля 1924 г. в отношении А.О. Шлюбского читаем, что он «обвинялся в присвоении книг, брошюр, журналов и архивных документов, имевших историческую и этнографическую ценность и принадлежавших библиотеке Витебского отделения МАИ, которой он заведовал и Витебскому губернскому архиву, где он состоял архивистом».

Исходя из этого суд приговорил Шлюбского к лишению свободы сроком на 2 года, «но принимая во внимание чистосердечное признание, что присвоенные […] книги и пр. осужденным безвозмездно сданы в библиотеку БГУ […] суд считает возможным наказанием считать условным с испытательным сроком в течение 3 лет».

Не вдаваясь в детали истории, связанной с хищениями книг библиотеки Витебского отделения МАИ и причастности к этому А.О. Шлюбского, передачи БГУ имущества Смоленского отделения МАИ и кабинета истории религии Смоленского университета, отметим, что судьба этих книжно-музейных собраний вне зависимости, где они находились, была более чем трагической, учитывая события Великой Отечественной войны.

И, завершая настоящую статью, и давая ответ на главный ее вопрос - о преемственности между Витебским отделением МАИ и БГУ в части гуманитарной составляющей, автор полагает, что он может (и должен быть!) положительным. Такой вывод основывается как на имевшем место широком спектре преподаваемых в отделении гуманитарных дисциплин, которые займут центральное место и в открытом в 1921 г. Белорусском государственном университете, так и на том, что многие профессора и преподаватели, воспитанники этого, равно как других отделений МАИ (Н.М. Никольский, В.Н. Перцев, И.А. Сербов, А.Н. Лявданский и др.) активно включатся в строительство первого в Беларуси государственного университета, опираясь при этом на традиции и используя опыт, накопленный ими в том числе и во время работы в МАИ.


Shumeiko M.F. 100 years since the opening of the Vitebsk department of Moscow Archeological Institute

Аннотация / Annotation

В статье на основе хранящихся в ЦИАМ документов архивного фонда МАИ, а также находящихся в НИАБ фондов Витебской ученой архивной комиссии, в НАРБ—БГУ рассматривается история создания и деятельности в 1911—1922 гг. одного из региональных отделений МАИ—Витебского, высказывается предположение о том, что его можно рассматривать в качестве предшественника по гуманитарной составляющей десятью годами позже созданного Белорусского государственного университета

The article is based on the documents from the archival fond of Moscow Archeological Institute in Moscow Central Historical Archive and fonds of Vitebsk Scientific Archival Committee in National Historical Archive of Belarus. The author researches the history of foundation and work of one of the regional departments of MAI in Vitebsk in 1911 – 1922 and assumes that it could be viewed as the predecessor in the field of humanities of the founded 10 years later Belarusian State University.

Ключевые слова / Keywords

Московский археологический институт (МАИ), Витебское отделение МАИ, Белорусский государственный университет, Витебская ученая архивная комиссия. Moscow Archeological Institute, Vitebsk department, Belarusian State University, Vitebsk scientific archival committee.

Полностью материал публикуется в российском историко-архивоведческом журнале ВЕСТНИК АРХИВИСТА. Ознакомьтесь с условиями подписки здесь.