Выбор читателей:

РЕГИОНАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ В ИЗОБРАЖЕНИЯХ. АУДИОВИЗУАЛЬНЫЕ ДОКУМЕНТЫ В АРХИВАХ МОСКОВСКОЙ ОБЛАСТИ

News image

А.И. РОЗАНОВ, г. Москва, Российская Федерация РЕГИОНАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ В ИЗОБРАЖЕНИЯХ. АУДИОВИЗУАЛЬНЫЕ ДОКУМЕНТЫ В АРХИВАХ МОСКОВСКОЙ ОБЛАСТИ Аннотация В статье раскрывается состав и содержание ...

АУДИОВИЗУАЛЬНЫЕ ДОКУМЕНТЫ ПО ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ В РОССИЙСКО–ШВЕДСКИХ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИХ ПРОЕКТАХ

News image

М.А. ЧИЧУГА, г. Москва, Российская Федерация АУДИОВИЗУАЛЬНЫЕ ДОКУМЕНТЫ ПО ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ В РОССИЙСКО–ШВЕДСКИХ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИХ ПРОЕКТАХ Аннотация Автор характеризует состав и содержания аудиовизуальных документов, касающихся ...

«ЭПОХА IT В АРХИВНОЙ ОТРАСЛИ: ПРОБЛЕМЫ СОХРАННОСТИ И ДОСТУПНОСТИ ЭЛЕКТРОННЫХ ДОКУМЕНТОВ». КРУГЛЫЙ СТОЛ В РАМКАХ IX МЕЖДУНАРОДНОГО IT – ФОРУМА С УЧАСТИЕМ СТРАН БРИКС И ШОС 6-7 июня 2017 г.

News image

6-7 июня 2017 года в городе Ханты-Мансийске в рамках IX Международного IT-Форума с участием стран БРИКС и ШОС Архивная служба Юг...

ИЗ ИСТОРИИ СПЕЦПОСЕЛКОВ В СЕВЕРНОМ КРАЕ

Печать PDF

Раскулачивание в СССР и судьбы спецпереселенцев -раскулаченных и высланных в отдаленные и необжитые регионы крестьянских семей - даже сейчас являются актуальной и теоретически значимой темой в отечественной исторической науке. С 90-х годов по мере рассекречивания архивных документов отдельные аспекты этой сложной драматической проблемы становятся достоянием истории. С обновлением и углублением исторического знания возникают новые подходы и новые концепции проблемы раскулачивания в СССР и судеб спецпереселенцев. Объективно анализируются политические, социально-экономические и духовно-нравственные последствия политики раскулачивания в СССР.

Одним из первых сторонников новой концепции проблемы раскулачивания в СССР и главным образом судеб раскулаченных семей является доктор исторических наук профессор МГПУ В.Я. Шашков. Впервые в историографии процесс раскулачивания в СССР рассматривается комплексно во всей совокупности политического, социально-экономического, правового и философско-культурологического аспектов. От разорения крестьянских хозяйств до депортации раскулаченных семей в отдаленные регионы страны, создания ГУЛАГовской системы спецпоселений, использования труда спецпереселенцев, их социального, медицинского, культурного обслуживания, участия «бывших кулаков» в Великой Отечественной войне, восстановления их в гражданских правах и до ликвидации в 1954 г. ГУЛАГовской системы спецпоселений в СССР. Составной частью этой масштабной в геополитическом пространстве бывшего СССР проблемы стал Северный край и те процессы, которые происходили в нем в период «кулацкой» ссылки.

Постановлением ВЦИК РСФСР от 14 января 1929 г. был образован Северный край. В его состав входили Архангельская, Вологодская, Северо-Двинская губернии и Коми автономная область. Центром края стал Архангельск2. Президиум ВЦИК РСФСР своим постановлением от 15 июля 1929 г. разделил Северный край на пять округов (Архангельский, Вологодский, Ненецкий, Няндомский, Северо-Двинский). Кроме того, в Северный край входила автономная Коми (Зырянская) область и острова Белого моря и Северного Ледовитого океана: Вайгач, Земля Франца-Иосифа, Колгуев, Матвеев, Новая Земля и Соловецкие острова3. 5 декабря 1936 г. Северный край преобразовали в Северную область (из его состава выделили автономную область Коми, преобразованную в Коми АССР). 23 сентября 1937 г. постановлением ЦИК СССР Северная область была разделена на Архангельскую и Вологодскую.

В 1930 г. Северный край был самым крупным регионом спецпоселений раскулаченных семей. Партийные и советские органы края проделали масштабную организационно-хозяйственную работу по приему, размещению раскулаченных семей и созданию для них разветвленной системы спецпоселений с соответствующей инфраструктурой. Для руководства этой многогранной работой в январе 1930 г. при крайкоме ВКП(б) была создана комиссия из трех человек под руководством секретаря крайкома партии С.А. Бергавинова. Комиссия крайкома 3 февраля 1930 г. разработала план временного расселения в крае «кулацких семей». Планом предусматривалось разместить в приспособленных помещениях Архангельска, Вологды, Котласа и Сольвычегодска 74 тысячи человек. В семи районах края намечалось построить 1360 бараков на 206 тысяч спецпереселенцев4.

План приема и расселения в крае спецпоселенцев пересматривался не менее десяти раз. Изменения в него вносили многие управления крайисполкома и хозяйственные руководители. Первоначальным планом намечалось вселить в край 75 тысяч раскулаченных семей, но после изучения обстановки в районах расселения эта цифра была скорректирована до 46 тысяч семей. Окончательный вариант плана приема и размещения спецпереселенцев был утвержден на заседании комиссии крайкома ВКП(б) 28 марта 1930 г.5 На строительство жилья и их обустройство планировалось использовать 79.370.437 рублей6.

Использовать труд спецпереселенцев намечалось на лесозаготовках и сплаве, в разработке недр и мелиорации, в строительстве, лесохимических и рыбно-зверобойных промыслах, в дорожном строительстве.

На этом же заседании комиссии было принято решение о строительстве спецпоселков для «кулаков». В каждом поселке намечалось построить силами спецпереселенцев 100 дворов, школу, бани, фельдшерский пункт, сараи. До 1 марта 1930 г. на лесозаготовках планировалось использование труда 6 тысяч спецпереселенцев, и в последущие два месяца их число должно было увеличиться в два раза.
 
На заседании президиума крайисполкома от 3 апреля 1930 г. был обсужден вопрос «О плане расселения кулаков»7. Для руководства этой работой была создана специальная комиссия в составе: Комиссарова - председателя крайисполкома, Шейрона - заместителя полномочного представителя ПП ОГПУ по Северному краю, Лютикова - начальника УНКВД Северного края. Комиссии поручалось подготовить записку в СНК СССР об итогах вселения спецпереселенцев. Президиум крайисполкома 16 апреля 1930 г. принял постановление «О продовольственном снабжении переселенцев-кулаков»8.

Всего в 34 районах края намечалось расселить 46 322 семьи спецпереселенцев. Рабочая сила в места строительства была доставлена в июне 1930 г. С этого времени началась практическая работа по созданию в крае системы спецпоселений. В 33 районах Северного края планировалось создать 251 спецпоселок. До конца 1930 г. в них предполагалось построить 3913 жилых домов, 1521 хозяйственный объект9. Строительство спецпоселков намечалось в безлюдных лесных массивах края, так как основная масса спецпереселенцев должна была быть постоянной кадровой рабочей силой в лесной промышленности. В каждый поселок намечалось вселить не более 100 семей спецпереселенцев. При строительстве спецпоселка планировалось строительство бань, лавок и ларьков, школы, клуба или избы-читальни, яслей, детсада и фельдшерского пункта. В каждом лесном массиве планировалось возвести от 4 до 12 спецпоселков.

Для принятия 46 тысяч семей спецпереселенцев в кратчайший срок (в течение двух месяцев) партийными и советскими органами Северного края при активном участии органов ОГПУ было запланировано и построено 870 бараков. По округам края география строительства бараков и расселения в них спецпереселенцев выглядит следующим образом.

В Архангельском округе было построено 300 бараков. Они размещались в лесных массивах станций Холмогорская, Обозерс-кая, Шелекса, Миша. В Няндомском округе на станциях Между-дворье и Коноша было построено 100 бараков. В Северодвинском округе на трех станциях: Луза, Шпицино и Колас - размещалось 240 бараков. В Вологодском округе на территории шести станций: Хабаровская, Разъезд № 57, Разъезд № 77, Разъезд № 61, Семигородская, Ленса - размещалось 230 бараков10.

На строительство бараков ушло 620 вагонов досок и горбылей. «Потребовался серьезный нажим из центра, чтобы обеспечить строительство бараков необходимыми пиломатериалами, -сообщал начальник Особого отдела ОГПУ Николаев в справке, адресованной начальнику ГУЛАГа Когану, - не допустить срыва строительства бараков и плана вселения кулаков в Северный край». Строительство бараков в среднем обошлось по 7 рублей на человека11, с гордостью подчеркивал Николаев. В Северный край спецпереселенцы стали прибывать с 25 февраля 1930 г. эшелонами по 1500-1800 человек по двум основным магистралям края: Вологда-Архангельск, Вятка-Котлас.

Уже в первоначальный период вселения в край «бывших кулаков» на различных работах было занято 54 981 человек, т.е. 44% от числа взрослых переселенцев.

Рабочая сила в места строительства спецпоселков была «заброшена» в мае-июне 1930 г. с открытием навигации по рекам и озерам Северного края. С этого времени началась крупномасштабная работа по строительству спецпоселков и их инфраструктуры. К концу 1930 г. в Северный край прибыло более 46 тысяч семей спецпереселенцев в количестве 226 840 человек. В их составе трудоспособных было 50 080 человек, нетрудоспособных и детей - 176 760 человек12. Трудоспособные находились в местах строительства спецпоселков в следующих количествах: в семи районах Архангельского округа - 10 231 человек; в четырех районах Няндомского округа - 7892; в семи районах Вологодского округа - 7801; в шести районах Северодвинского округа - 8162; в шести районах Коми автономной области -7260 человек13.

В 1930 и 1931 гг. из Украины, Белоруссии, Северокавказского, Нижневолжского, Нижегородского краев, Центрально-Черноземной области в Северный край была выслана 58 271 семья спецпереселенцев в количестве 285 609 человек. Однако эти данные неполные. В декабре 1932 и январе 1933 г. сюда было выслано еще 4615 семей спецпереселенцев. К этому времени в Северном крае находилось 62 886 раскулаченных семей в количестве 300 922 человек14. После Уральской области и Западно-Сибирского края он стал третьим в СССР регионом спецпоселений по количеству высланных сюда раскулаченных семей.

К концу 1931 г. в 14 регионах СССР сформировалась ГУЛАГовская система спецпоселений для «бывших кулаков». Ее структура была представлена спецпоселками, поселковыми и районными комендатурами, отделами спецпоселений при полномочных представителях ОГПУ ППОГПУ краев и областей и головным отделом спецпоселений ГУЛАГа ОГПУ. Основным звеном системы спецпоселений был спецпоселок и поселковая комендатура.

На 1 ноября 1931 г. в Северном крае на территории 32 районов было построено 211 спецпоселков, в которых проживало 37 925 семей спецпереселенцев в количестве 127 390 человек. Все поселки были построены под руководством и за счет средств крупных хозяйственных предприятий лесной промышленности. Подробный анализ о дислокации спецпоселков и проживающих в них семей можно сделать на основе данных табл. 1.
 
По таблице нетрудно сделать вывод, что наибольшее количество спецпоселков было построено на территории сферы производственной деятельности крупных лесопромышленных предприятий. Естественно, что здесь была размещена основная масса семей «бывших кулаков». Это обстоятельство подтверждает тезис о том, что вселяемые в Северный край спецпереселенцы рассматривались в качестве кадровой рабочей силы на предприятиях лесной промышленности.

Кроме того, в декабре 1931 г. в Северном крае находились 62 674 административно высланных, труд которых также применялся в лесной промышленности16.

На 1 февраля 1932 г. в Северном крае было построено 217 спецпоселков, в них проживали 125 001 человек. Из расчета три квадратных метра на человека планировалось построить - 375 003 кв. м жилплощади. Построено - 367 009 кв. м, или 90%, и строилось 81 176 кв. м жилья. К этому времени только 56% семей «бывших кулаков» были обеспечены жильем.

Строительство спецпоселков, осуществлявшееся на пустом месте в безлюдных лесных массивах, представляло чрезвычайно сложную проблему: отсутствовала материально-техническая база, квалифицированные кадры, транспорт, инженерные коммуникации. Усложняли эту проблему субъективные факторы: низкий уровень организационно-хозяйственной работы, безответственность и бюрократизм чиновников, намерение решить проблему масштабного строительства в нереальный срок методом кавалерийской атаки.

В докладной записке управления треста «Северолес», адресованной в крайком ВКП(б), сообщалось, что причина задержки ввода в строй спецпоселков в «том, что краевое земельное управление не сразу определило места строительства спецпоселков. Места, отведенные для строительства поселков, леспромхозами были отвергнуты, и отведение новых мест строительства затянулось в некоторых леспромхозах до июля 1930 г. Это внесло путаницу в планы заготовки леса и переселения спецпереселенцев с места на место»17. В этой связи президиум краевой контрольной комиссии ВКП(б) в своем постановлении от 19 августа 1930 г. обязал краевое переселенческое управление «в 10-тидневный срок закончить отводку участков и в дальнейшем категорически прекратить переброску кулаков из участка в участок. В 2-дневный срок совместно с Северолесом разработать календарный план жилищного строительства, обеспечивающий постройку поселков не позднее 1 сентября 1930 г.18

Но, несмотря на лихорадочные усилия, предпринимаемые местными органами власти и ОГПУ, решить эту волюнтаристскую задачу было невозможно. На совместном заседании президиума краевой контрольной комиссии ВКП(б) и краевой рабоче-крестьянской инспекции 19 сентября 1930 г. отмечалось, что «директива крайкома ВКП(б) об окончании строительства поселков» к 1 сентября не выполнена, закончена постройка около 4% от их планового количества. Президиум краевой контрольной комиссии обязал все организации в двухдневный срок наметить конкретные мероприятия, «исходя из фактического состояния строительства поселков, считать реальным осуществление строительства к 5 октября не менее 40% , к 15 октября - не менее 60% и окончательно завершить строительство поселков не позднее 1 ноября 1930 г.»19.

Однако, несмотря на отчаянные усилия строителей спецпоселков, и эти сроки оказались нереальными. Так, например, вопрос о строительстве спецпоселков рассматривался на заседаниях бюро Вожегодского райкома ВКП(б) 22 июня, 14 июля, 12 августа и 8 сентября 1930 г. В район было вселено 1289 семей спецпереселенцев в количестве 3795 человек, для которых строилось 7 спецпоселков20.

Директивы райкома партии сводились к персональной ответственности «с верху до низу ко всем организациям, кто соприкасался со строительством», разработке календарных планов строительных работ. Райисполком пересмотрел состав комендантов спецпоселков, трое из них были заменены наиболее «соответствующими требованиям строительства». Во все спецпоселки были командированы уполномоченные райкома ВКП(б) до окончания строительства. На строительных работах было занято свыше 100 местных плотников, мобилизовано 25 коммунистов и комсомольцев21.

Требования райкома ВКЩб) ко всем участникам строительства сводились к тому, чтобы закончить построение спецпоселков согласно директиве Северного крайкома партии к 1 сентября 1930 г. Однако эта директива не была выполнена «главным образом за счет расхлябанности аппарата леспромхоза и слабого руководства партячеек». За невыполнение плана строительства спецпоселков бюро райкома ВКП(б) привлекло к партийной ответственности бывшего директора леспромхоза. На 2 сентября в районе было построено 6 бараков, 4 бани, 10 дворов, 9 колодцев. На строительстве спецпоселков работали: один техник, 22 десятника, 118 вольнонаемных рабочих, 1589 спецпереселенцев22.

На территории 18 леспромхозов треста «Северолес» было развернуто строительство 95 спецпоселков для 10231 семьи спецпереселенцев в количестве 33 862 человек. В строительстве принимали участие 14 660 спецпереселенцев, 860 вольнонаемных и было использовано 1107 лошадей. На 10 октября 1930 г. было построено всего лишь 203 жилых дома и 168 хозяйственно-бытовых зданий. В стадии строительства находились 573 жилых здания и 62 хозяйственно-бытовых объекта23.
 
Но основной рывок в строительстве спецпоселков был сделан в 1931 г. Вековая, безлюдная тайга была разбужена голосами отчаяния и энтузиазма десятков тысяч людей, звоном топоров, пил и молотков и приведена в движение. За один год она превратилась в своеобразный мегаполис. За это время в глухих лесах были построены тысячи жилых домов, клубов, библиотек, больниц, поликлиник, тысячи километров дорог, сотни мостов, предприятий, подсобных хозяйств. О масштабах только жилищного строительства из расчета 3 кв. м на человека свидетельствуют данные табл. 2 по основным хозяйственным организациям и объединениям Северного края.

Таким образом, не выполнили план обеспечения спецпереселенцев минимальной жилищной нормой Маслотрест, Севе-роиод, Мосгортоп, Кустпромсоюз и трест Комилес.

В это время в спецпоселках Северного края был заложен фундамент инфраструктурных объектов для нормальной жизни спецпереселенцев. О масштабах социально-культурного строительства в спецпоселках свидетельствуют данные статистики (см. табл. 3).

Сведения о строительстве социально-культурных учреждений в спецпоселках Северного края на 1 февраля 1932 г.24
 
Основная цель массово-политической, культурно-просветительной работы среди спецпереселенцев состояла в формировании у них нового социалистического мировоззрения на основе марксистско-ленинской идеологии. Борьба за идейное влияние на спецпереселенцев, за переделку их сознания находилась в центре внимания партийных, советских, комсомольских и профсоюзных руководящих органов. Ответственность за состояние и результаты политико-просветительной работы возлагалась на Наркомат Просвещения Российской Федерации и ОГПУ.
Массово-политическая и культурная работа среди спецпереселенцев в первые годы их проживания в спецпоселках проводилась в чрезвычайно сложной морально-политической и жи-лищно-бытовой обстановке. Насильственно выдворенные в места спецпоселений, оказавшись в лагерных условиях жизни, спецпереселенцы усилили свою враждебность к советской власти. В связи с этим важнейшим направлением массово-политической работы являлось идейное воздействие на спецпереселенческую молодежь в целях ее изоляции «от контрреволюционного влияния политически активной части кулачества с тем, чтобы в ближайшем будущем молодежь окончательно порвала всякую связь с кулачеством и путем участия в коллективных формах труда на фронте социалистического строительства завоевала себе возможность стать равноправными членами советского общества25.

В работе по идейно-нравственному перевоспитанию спецпереселенцев, особенно молодежи, партийные, советские органы и общественные организации использовали различные формы и средства, хотя этот процесс был длительным и сложным. Наиболее распространенными формами воспитательной работы были лекции, беседы, доклады, политинформации, тематические и литературные вечера, вечера вопросов и ответов. Широко использовались в воспитательной работе среди спецпереселенцев избы-читальни, красные уголки, библиотеки, радио и кино.

До начала 1933 г. о какой-нибудь системе массово-политической работы среди спецпереселенцев говорить было нельзя, ее просто не существовало.

В сентябре 1931 г. Коллегия Наркомпроса РСФСР утвердила план культурного строительства среди спецпереселенцев.
 
В 1931-1932 гг. согласно этому плану для «обслуживания взрослого населения предполагалось открыть в 1932 г. по одной избе-читальне на три поселка». При избе-читальне вводился один штатный работник с окладом 100 рублей. На строительство избы-читальни требовалось 3600 рублей26. В целом по одиннадцати регионам спецпоселений намечалось построить до конца 1932 г. 202 избы-читальни, из них 19 в Северном крае. На начальном этапе организации массово-политической работы в спецпоселках изба-читальня рассматривалась как центр культурно-массовой работы и ликвидации неграмотности среди взрослого населения спецпереселенцев.

В связи с отсутствием финансовых средств и подготовленных кадров Наркомпрос РСФСР и ГУЛАГ решили построить одну избу-читальню на 7-8 тыс. спецпереселенцев.

Состояние массовой политико-просветительной работы в спецпоселках дважды обсуждалось в 1932 г. на коллегии Наркомата Просвещения РСФСР. 2 ноября 1932 г. Нарком Просвещения РСФСР Бубнов провел закрытое совещание коллегии по вопросу «О культурном обслуживании спецпереселенцев». Коллегия констатировала, что, несмотря на ряд приказов и директив наркома по просвещению т. Бубнова «о коренном улучшении ...и развертывании массовой политпросветработы среди спецпереселенцев, общее состояние работы остается неудовлетворительным, особенно в части работы массовой политпросвет-сети»27. Основной причиной такого положения являлась недооценка политической важности данного участка работы и отсутствия оперативного руководства со стороны зав. секторами НКП. В целях обеспечения освоения спецпереселенцев коллегия Наркомпроса поручила крайоблоно обратить внимание на развертывание массовой политпросветработы путем организации клубов, изб-читален, красных уголков, выставок, полной ликвидации неграмотности.

Эволюцию и содержание культурного строительства в спецпоселках ГУЛАГа можно проследить на примере организации такой работы среди спецпереселенцев в Северном крае.
Уже к концу 1931 г. в 217 спецпоселках края работали 32 клуба, 40 изб-читален, 37 красных уголков и 4 пункта ликвидации неграмотности28. Первоначальный план Наркомпроса РСФСР по строительству культпросветучреждений был значительно перевыполнен. Вместо постройки к концу 1932 г. 19 изб-читален в крае действовало 113 культпросветучреждений.

В январе 1932 г. Комиссия Наркомата Просвещения РСФСР проанализировала состояние массово-политической работы среди спецпереселенцев и их культурного обслуживания в Северном крае. Она подвела первые итоги этой работы и отметила, что крайоно, выполняя директивы Наркомпроса, добилось в этом деле значительных успехов. На 1 января 1932 г. в спецпоселках края работало 25 клубов, 59 изб-читален, 69 красных уголков29.

Однако в политической работе среди спецпереселенцев имелись серьезные недостатки. Работа эта проводилась стихийно и без должной координации. Для достижения наибольшей результативности в политическом перевоспитании и культурном обслуживании «бывших кулаков» крайоно указано на необходимость усилить руководство этой работой и обеспечить решение следующих задач:

•    К 1 февраля 1932 г. составить план массово-политической и культурно-воспитательной работы среди спецпереселенцев и спустить его в районы.

•    Обеспечить полное введение начального всеобуча детей спецпереселенцев с максимальным использованием помещений школ и красных уголков.

•    Добиться коренного перелома в ликбезработе в спецпоселках и в месячный срок охватить всех неграмотных и малограмотных учебой. Для успешного решения этой задачи предполагалось использовать учителей, культпросветработников и грамотных спецпереселенцев. Важная роль в пропагандистской работе среди «бывших кулаков» отводилась политкружкам ячеек ВЛКСМ.

•    В двухдекадный срок обеспечить точный учет детей-сирот спецпереселенцев и направить их в детдома.

•    Поставить перед Наркомпросом вопрос о введении в аппаратах 10 районов инструкторов по культурному обслуживанию спецпереселенцев.

•    Дать указания РОНО об оказании немедленной помощи школам в спецпоселках. Особое внимание обратить на усиление общественно-политической работы школ, закрепив за ними предприятия в целях осуществления принципов политехнизма. Предполагалось организовать шефство передовых школ районов над школами спецпоселков, поставить вопрос перед Наркоматом просвещения о возможности заочной учебы педагогов-спецпереселенцев для подготовки из их числа квалифицированных педагогических кадров.

Крайоно предлагалось разработать методику и дать конкретные рекомендации на месте о формах политико-просветительной работы в условиях спецпоселка, составить примерный план работы красного уголка в спецпоселке и спустить его на места, организовать курсы политпросветработников.

В целях обеспечения идеологического воздействия к работе по перевоспитанию «бывших кулаков» предлагалось привлечь партийные, профсоюзные, комсомольские организации30.
На заседании комиссии по освоению спецпереселенцев при Коми облисполкома 10 октября 1933 г. был обсужден вопрос «О культурном обслуживании спецпереселенцев». Комиссия отметила, что руководство по культурному обслуживанию «бывших кулаков» со стороны облоно отсутствует. В постановлении комиссии облоно предложено немедленно освободить работника по спецпереселению от всех поручений и усилить руководство РОНО по культурному обслуживанию «бывших кулаков». В этих целях предполагалось выделить штатных работников РОНО Сыктывкарского, Сысоевского, Усть-Вымского, Усть-Кудомско-го и Сторожевского районов31.

В последующие годы значительно улучшилась организация массово-политической работы, обогатилось ее содержание. Она стала носить планомерный и целеустремленный характер. Так, план культурно-массовой работы в спецпоселках Корпо-горского района, составленный РОНО на 1934 год и утвержденный на совместном заседании райкома партии и райисполкома, представлен пятью разделами: основные задачи, всеобщее обучение, дошкольное воспитание, массово-политическая работа, ликвидация неграмотности32.

Таким образом, план представлял целостную систему мер по просвещению и культурному обслуживанию спецпереселенцев.
 
На основе районного плана каждый избач составлял месячный план работы с населением поселка. Несмотря на удаленность спецпоселков от основных населенных пунктов, массово-политическая работа среди спецпереселенцев проводилась содержательно и целеустремленно. Об этом говорят многочисленные примеры.

В Шенкурском районе Северного края было два спецпоселка, в каждом из них была изба-читальня, оборудованная радиоточкой, а в одном - постоянно действующая киноустановка.
При избах-читальнях работали кружки текущей политики, сельскохозяйственный, драматический. Только в I квартале 1934 г. среди бывших кулаков было организовано 12 постановок с охватом 476 человек, 19 лекций и бесед с охватом 568 человек, 31 громкая читка по актуальным вопросам внутренней и внешней политики. В библиотеках изб-читален имелось 1635 книг.

За это время в трудовое соревнование были вовлечены три бригады (32 человека), развернуто межбригадное соревнование между двумя поселками, 6 ударников занесено на «красную доску»33.
На 1 апреля 1934 г. на территории Приозерского района было три спецпоселка. В каждом имелась изба-читальня, клуб, которые находились в специально построенных помещениях. Только за три месяца для читателей спецпоселка было прочитано 12 лекций с охватом 563 человек, проведено 5 молодежных собраний с охватом 135 человек, 20 громких читок, обслужено 626 человек.
При клубах работали три драмкружка, хоровой, СВБ, РОК, ОАН, с охватом 105 человек. Было проведено 9 спектаклей, 6 вечеров художественной самодеятельности, показан кинофильм, на котором присутствовало 774 человека, т.е. практически каждый житель каждого поселка был охвачен мероприятиями34.

Содержательно проводилась политико-просветительная работа в трех спецпоселках Хоровского района. В них работали три избы-читальни и один клуб. Все они были обеспечены газетами, журналами, играми, музыкальными инструментами, костюмами для художественной самодеятельности.
 
Среди бывших кулаков проведена работа по изучению материалов XVII партийного съезда, решений июльского и ноябрьского пленумов ЦК ВКП(б). За 1935 год проведено 7 занятий в политическом кружке, 9 - в кружке сельхозов, 187 занятий в художественной самодеятельности, 57 - в общеобразовательном кружке. Кроме того, при культпросветучреждениях работали 3 зоотехнических кружка, 2 драматических, 3 музыкальных.

В каждом поселке действовали киноустановка, школа, детсад, библиотека. Все дети (151 человек) были охвачены учебой. В 1935 г. в спецпоселках района было проведено 47 производственных и 22 внутрипоселковых субботника по укреплению неуставных сельскохозяйственных артелей. Все работающие спецпереселенцы подписались на государственный заем второго года второй пятилетки35.

За состоянием политико-просветительной работы в спецпоселках был установлен постоянный контроль. Политпросветработники ежемесячно отчитывались о своей работе в районном отделе народного образования.

Учителя и культпросветработники в своей работе по идейно-политическому перевоспитанию «бывших кулаков» опирались на актив спецпереселенческой молодежи в количестве 20 человек. С активом регулярно проводились политические занятия.

«Идеология спецпоселенцев и особенно молодежи, - делает вывод в отчете инспектор районо т. Митянова, - от культурной политико-воспитательной работы переделывается, а именно - молодежь включается в активное участие в проведении стоящих задач перед спецпоселками»36.

В начале 1934 г. сеть политпросветучреждений в спецпоселках Северного края была представлена 198 учреждениями, в том числе 49 клубами, 68 избами-читальнями, 77 красными уголками, т.е. в каждом спецпоселке имелось одно политпрос-ветучреждение. В спецпоселках Коми автономной области было 58 культпросветучреждений, в том числе 14 клубов, 21 изба-читальня, 23 красных уголка37.
Обеспеченность спецпоселков идеологическими кадрами по-прежнему оставалась недостаточной. На 1 мая 1934 г. на 198 политико-просветительных учреждений приходилось 179 работников, в том числе 142 вольнонаемных (61 выпускник совпартшкол), 37 спецпереселенцев. По Коми автономной области на 58 политпросветучреждений приходилось 48 работников, причем все они были вольнонаемными38.

С 1 февраля 1935 г. в Архангельске начали действовать шестимесячные курсы по подготовке избачей для работы в спецпоселках. На 1 июня 1935 года было подготовлено 111 человек, в том числе 20 из числа спецпереселенцев. На обучение только одного выпуска требовалось 110 210 рублей39.

Райкомы и райисполкомы Северного края постоянно анализировали и совершенствовали массово-политическую работу среди «бывших кулаков». Об этом свидетельствуют многочисленные примеры. Сошлемся лишь на некоторые из них.

Бюро Плесецкого райкома ВКП(б) и Президиум райисполкома 4 января 1935 г. рассмотрели на совместном заседании вопрос «Об усилении массово-политической работы среди труд-переселенцев »40.

В постановлении отмечено, что, несмотря на ряд решений партии и советского правительства, массово-политическая и культурно-просветительная работа среди спецпереселенцев находится пока в неудовлетворительном состоянии. В районе не хватает 8 учителей. Клубная работа из-за отсутствия соответствующих кадров проводится недостаточно. Райком комсомола почти самоустранился от работы с молодежью.

Райком партии и райисполком обязали районо снять с работы трех учителей за плохое качество преподавания и подобрать им достойную замену. Было принято решение о направлении партийного работника т. Суслова в спецпоселок Сосновку в качестве культработника среди спецпереселенцев немецкой национальности. Районо и райкому комсомола было предложено улучшить качественный состав завклубами, провести десятидневные курсы культработников, до 1 июля 1935 года ликвидировать неграмотность среди спецпереселенцев.

Перед партячейками и РК ВЛКСМ ставилась задача по дальнейшему развертыванию массово-политической работы в спецпоселках, обратить особое внимание на работу с молодежью, охватив их политической учебой.

В 1934 г. политпросветучреждениями района проведено 838 мероприятий, на которых присутствовало 22 877 человек, в том числе молодежи - 9242, мужчин - 7236, женщин - 6900 человек41. О состоянии политико-воспитательной работы в спецпоселках Тотемского района в 1934 г. можно сделать вывод из следующих данных. В районе было 26 поселков, в них 15 школ, в которых обучалось 1272 учащихся, то есть 100 % детей бывших кулаков, и 17 детских комитетов с охватом 510 человек42.

Успеваемость в школах составляла 93,4%. В отдельных школах при спецпоселке Гремиха она достигла 97,8%.

8    каждом поселке были изба-читальня и красный уголок. При культпросветучреждениях действовало 18 хоровых кружков, 9 музыкальных, 5 сельскохозяйственных, 13 политических, 3 первой помощи, 14 кружков безбожников. В каждом спецпоселке регулярно выпускалась стенгазета.

9    апреля 1934 г. крайоно провело совещание завроно по вопросу усиления массово-политической работы среди спецпереселенцев и поставило задачи по дальнейшему совершенствованию этой работы43.

Таким образом, к середине 30-х гг. в спецпоселках ГУЛАГа была создана мощная социально-культурная инфраструктура и система массово-политической и культурно-просветительной работы среди спецпереселенцев, повысилось ее качество, подготовлены идеологические кадры. Указанная работа среди спецпереселенцев осуществлялась на базе 813 клубов и домов культуры, 1202 изб-читален и красных уголков, 1149 библиотек, 440 киноустановок. К этому времени в спецпоселках ГУЛАГа было построено 500 молодежных общежитий, в которых проживали 14 000 молодых спецпереселенцев, ушедших от своих родителей по идейным соображениям44. Под влиянием объективных и субъективных факторов многие раскулаченные семьи стали лояльно относиться к советской власти; возросла их трудовая и общественно-политическая активность. Спецпереселенцы активно участвовали в трудовом соревновании и ударничестве, митингах, субботниках. В годы Великой Отечественной войны более 8 тысяч спецпереселенцев Северного края проявили массовый героизм и отвагу на фронтах войны. Трое из них за проявленный героизм были удостоены высшего звания воинской доблести и стали Героями Советского Союза.
 
Примечания

1    Шашков В.Я. Спецпереселенцы на Мурмане. Роль спецпереселенцев в развитии производительных сил на Кольском полуострове (1930-1936 гг.)- Мурманск, 1993; Он же. «Раскулачивание в СССР и судьбы спецпереселенцев 1930-1954 гг.». Мурманск, 1996; Он же. Краткая история раскулачивания и организация спецпоселков в СССР. В кн.: «спецпереселенцы в Хибинах». Апатиты, 1997; Репрессии в СССР против крестьян и судьбы спецпереселенцев Карело-Мурманского края. Мурманск, 2000; Он же. К вопросу о выселении спецпереселенцев в Северный край / Отечественная история, 1996, № 1; Вынужденные переселенцы / Карелия, 1999, № 12; Ликвидированный класс на защите Родины / Военно-исторический журнал, 2001, № 4.

2    Государственный архив Архангельской области (ГААО). Фонд. Собрание узаконений и распоряжений СНК РСФСР за 1929 г. Л. 10.

3    ГААО. Фонд. Газета «Известия». № 184 от 13.08.29 г.; Постановление ВЦИК РСФСР от 15.07.1929 г.

4    ГААО. Ф. 621. Оп. 2. Д. 27. Л. 17.

5    Там же. Д. 26. Л. 34.

6    Государственный архив общественно-политических движений и организаций Архангельской области (ГАОПДОАО). Ф. п-290. On. 1. Д. 426. Л. 20.

7    ГААО. Ф. 621. Оп. 2. Д. 20. Л. 5.

8    Там же. Л. 7.

9    ГАОПДОАО. Ф. п-290. On. 1. Д. 231. Л. 85.

10    Шашков В.Я. Раскулачивание в СССР и судьбы спецпереселенцев 1930-1954 гг. Мурманск. 1996. С. 75.

11    Там же.

12    ГААО. Ф. 621. Оп. 2. Д. 26. Л. 221.

13    Там же. Л. 220-219.

14    Шашков В.Я. К вопросу о выселении раскулаченных семей в Северный край 1930-1933 годы / Отечественная история. 1996. № 1. С. 157.

15    ГААО. Ф. 621. Оп. 2. Д. 118. Л. 13-18.

16    Там же. Д. 49. Л. 437.

17    ГАОПДОАО. Ф. п-290. On. 1. Д. 426. Л. 82.

18    Там же. Л. 94.

19    Там же. Л. 127.

20    Там же. Д. 656. Л. 3.

21    Там же.

22    Там же. Л. 3-4.
 
23    Там же. Л. 20.

24    Там же. Д. 1200. Л. 5.

25    Шашков В.Я. Раскулачивание в СССР и судьбы спецпереселенцев 1930-1954 гг. Мурманск. 1996. С. 184.

26    Там же. С. 185.

27    Там же. С. 186.

28    ГААО. Ф. 621. Оп. 2. Д. 49. Л. 379.

29    Там же. Д. 118. Л. 35.

30    Там же. Л. 32-30.

31    Там же. Д. 202. Л. 28.

32    ГААО. Ф. 2838. Оп. 4. Д. 42. Л. 14.

33    Там же. Л. 26-27.

34    Там же. Л. 44.

35    Там же. Л. 74.

36    Там же. Л. 47 об.

37    Там же. Оп. 41. Д. 40. Л. 20.

38    Там же. Оп. 4с. Д. 40. Л. 20.

39    Там же. Д. 44. Л. 69-70.

40    Там же. Д. 53. Л. 4.

41    Там же. Л. 18.

42    Там же. Д. 50. Л. 3.

43    Там же. Л. 2.

44    Шашков ВЛ. Там же. С. 202.