Выбор читателей:

Частные письма сибирских ссыльных о «Туруханском бунте». 1908–1912 гг.

News image

УДК 94(57) Д. А. Бакшт Красноярский государственный педагогический университет им. В. П. Астафьева, г. Красноярск, Российская Федерация Частные письма сибирских ссыльных о «Туруханском ...

Прошения как источник изучения истории административной высылки в Тверскую губернию в конце XIX – начале XX в. и повседневных практик поднадзорных

News image

УДК 94(47) 083 О. В. Ванюшина Тверской государственный технический университет, г. Тверь, Российская Федерация Прошения как источник изучения истории административной высылки в Тверскую ...

КРУГЛЫЙ СТОЛ «ЭПОХА IT В АРХИВНОЙ ОТРАСЛИ: ПРОБЛЕМЫ СОХРАННОСТИ И ДОСТУПНОСТИ ЭЛЕКТРОННЫХ ДОКУМЕНТОВ» НА 9ОМ IT-ФОРУМЕ В ХАНТЫ-МАНСИЙСКЕ 6-7 июня 2017 г.

News image

"The epoch of IT in the archival industry: problems of preservation and accessibility of electronic documents" on the 9th IT Fo...

Документальное свидетельство о реакции русского общества на Тильзитский мир

Печать PDF

После окончания кровопролитной кампании 1807 года Александр I вынужден был заключить перемирие с Наполеоном I. Россия в это время оказалась в очень тяжелом положении. Военные неудачи в ходе Русско-прусско-французской войны 1806–1807 гг., приближение врага к самым границам государства, чего страна не знала со времени борьбы Петра I со шведским королем Карлом XII, до крайности обострили внутренние противоречия, порожденные реформаторской политикой молодого монарха и его друзей из числа членов «Негласного комитета» (князь А.А. Чарторыйский, граф П.А. Строганов, граф В.П. Кочубей и Н.Н. Новосильцев). Продолжение войны могло окончиться катастрофой. Поэтому Александр I согласился на подписание мирного договора с Наполеоном в прусском г. Тильзите (ныне Советск Калининградской области). Переговоры шли в обстановке секретности. Тревожные слухи, порожденные неизвестностью, вызывали ещё большее смятение в умах людей, потрясенных совершающимися на их глазах переменами. Ненависть к французам, страх перед всесокрушающим гением Наполеона (Бонапарта или Бонапартия, как его по привычке называли русские), причудливым образом сочетались с восхищением его удачливостью и военным гением.