Выбор читателей:

РЕГИОНАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ В ИЗОБРАЖЕНИЯХ. АУДИОВИЗУАЛЬНЫЕ ДОКУМЕНТЫ В АРХИВАХ МОСКОВСКОЙ ОБЛАСТИ

News image

А.И. РОЗАНОВ, г. Москва, Российская Федерация РЕГИОНАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ В ИЗОБРАЖЕНИЯХ. АУДИОВИЗУАЛЬНЫЕ ДОКУМЕНТЫ В АРХИВАХ МОСКОВСКОЙ ОБЛАСТИ Аннотация В статье раскрывается состав и содержание ...

АУДИОВИЗУАЛЬНЫЕ ДОКУМЕНТЫ ПО ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ В РОССИЙСКО–ШВЕДСКИХ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИХ ПРОЕКТАХ

News image

М.А. ЧИЧУГА, г. Москва, Российская Федерация АУДИОВИЗУАЛЬНЫЕ ДОКУМЕНТЫ ПО ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ В РОССИЙСКО–ШВЕДСКИХ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИХ ПРОЕКТАХ Аннотация Автор характеризует состав и содержания аудиовизуальных документов, касающихся ...

«ЭПОХА IT В АРХИВНОЙ ОТРАСЛИ: ПРОБЛЕМЫ СОХРАННОСТИ И ДОСТУПНОСТИ ЭЛЕКТРОННЫХ ДОКУМЕНТОВ». КРУГЛЫЙ СТОЛ В РАМКАХ IX МЕЖДУНАРОДНОГО IT – ФОРУМА С УЧАСТИЕМ СТРАН БРИКС И ШОС 6-7 июня 2017 г.

News image

6-7 июня 2017 года в городе Ханты-Мансийске в рамках IX Международного IT-Форума с участием стран БРИКС и ШОС Архивная служба Юг...

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ И ПРЕДЛОЖЕНИЯ АСТРАХАНСКОГО ГУБЕРНАТОРА И.С. ТИМИРЯЗЕВА ПО РЕФОРМИРОВАНИЮ РЕЛИГИОЗНОЙ ЖИЗНИ КАЛМЫКОВ В 1830–1840-е гг.

Печать PDF




Комплексная, всесторонняя оценка значения личности в истории предполагает разносторонний, системный анализ не только его политической деятельности, но и мотивации, эволюции взглядов, подходов к принятию решения. Анализ фондов региональных и центральных архивов позволяет проследить эту эволюцию на материалах внутриведомственной переписки, черновиков, воспоминаний современников. Иван Семенович Тимирязев (1791–1867) – значительная фигура в российской и региональной – астраханской истории – астраханский губернатор в 1834–1844 гг., основатель Астраханского краеведческого музея, публичной библиотек, первой еженедельной газеты.



И.С. Тимирязев родился в дворянской семье, получил домашнее образование. Начал службу юнкером (1807) в лейб-гвардии Егерском полку, переведен в конную гвардию и произведен в корнеты. Участник войны 1812–1814 гг. По окончании ее был назначен адъютантом к цесаревичу Константину Павловичу, при котором состоял до 1819 г., когда в чине полковника вышел в отставку. Принял участие в подавлении польского восстания. За отличие при штурме Варшавы 25-26 августа 1831 г. произведен в генерал-майоры с зачислением в свиту императора.

В 1834 г. И.С. Тимирязев был назначен «исправляющим должность астраханского военного губернатора и управляющим гражданской частью». Деятельность его в Астрахани нашла отражение не только в архивных документах и официальных отчетах, но и в воспоминаниях современников, проливающих дополнительный свет на его личность. Ф.И. Тимирязев дал такую характеристику отцу: «…относительно его десятилетнего управления Астраханским краем, оно не носило обычного рутинного характера уже потому, что, с свойственной ему энергией, горячностью и высокою добросовестностью, он весь предался местным интересам и полюбил эти интересы всею душою». В 1840 г. И.С. Тимирязев был произведен в генерал-лейтенанты, в 1844 г. отчислен от должности, и в 1846 г. уволен в отставку. Причиной ее стали нарекания на деятельность губернатора. Сенатская ревизия, проведенная князем Г.Г. Гагариным, не подтвердила обвинения. По Высочайшему повелению от 26 октября 1853 г. И.С. Тимирязев был освобожден от всякого взыскания и вновь принят на службу. Став сенатором, последние годы жизни провел в Москве. Среди наград И.С. Тимирязева - ордена св. Владимира 2-й степени, св. Георгия 4-й степени, Белого орла, прусский орден «За заслуги», австрийский Леопольда, баварский Максимилиана и персидский Льва и Солнца.



Важным направлением внутренней политики всех астраханских губернаторов являлось управление Калмыцкой степью – значительной административно-территориальной единицей губернии, обладавшей самобытным национальным укладом, социально-экономическим развитием и особой религиозной ситуацией. Рассмотрим эволюцию положения калмыцкого народа и буддийской общины в XVIII-XIX вв. и предложения И.С. Тимирязева относительно изменения их статуса.

Калмыцкое ханство – кочевое государственное образование, существовавшее на территории Астраханского края с 1650-х гг. по 1771 г. Территорию ханства определяли границы калмыцких кочевий: на севере – по Большому Иргису – до Саратова; на юге – вдоль р. Кумы, по побережью Каспия; на востоке – до Яицкого казачьего и Гурьева городков; на западе – до междуречья Дона и Маныча. Самые ранние свидетельства о численности населения ханства относятся к 1733 г. По данным российских чиновников в ханстве насчитывалось до 300-320 тыс. чел (65 тыс. кибиток). Результатом формировавшихся на протяжении XVIII в. политических, административно-территориальных, религиозных противоречий между элитой Калмыцкого ханства и российским правительством становится откочевка в январе 1771 г. значительной части улусов ханства (30909 кибиток - 70% населения) во главе с наместником Убуши на территорию Синьцзянской провинции Китайской империи. Указом Екатерины II от 19 октября 1771 г. Калмыцкое ханство было ликвидировано.



С 1771 г. территории, занимаемые Калмыцким ханством, были подчинены астраханскому губернатору, в улусах, приравненных к уездам, был введен институт приставов, наделенных административной властью, выполнявших надзорные функции. Управление калмыцкими делами было сосредоточено в структурной части Канцелярии астраханского губернатора – Калмыцкой экспедиции, позднее преобразованной в Калмыцкое правление. Административный статус Калмыцкой степи в значительной степени меняется в XIX в. Указом Павла I от 14 октября 1800 г. владелец Малодербетовского улуса Чучей Тундутов был объявлен наместником ханства, наделен традиционными атрибутами власти, при нем был восстановлен суд Зарго, руководствовавшийся местными законами. Именно при Павле I впервые российским правительством был подтвержден высокий статус буддийского духовенства в калмыцком обществе и глава общины получил официальный статус. По указу «О свободном отправлении всех духовных обрядов калмыков» вводилась должность ламы, которым был утвержден наиболее авторитетный калмыцкий священнослужитель – Собин-багша. Указом Александра I от 26 октября 1801 г. права наместника были подтверждены, вместе с тем наместник был подчинен астраханскому военному губернатору, при наместнике была учреждена должность Главного пристава, подчинявшегося Коллегии иностранных дел.

Одним из важнейших направлений политики российского правительства в Калмыцкой степи в XIX в. было взаимодействие с буддийской общиной, которая являлась важнейшим институтом калмыцкого общества, активным участником социально-политической жизни региона. Правительство всячески стремилось регламентировать жизнь общины и уменьшить ее влияние в калмыцком обществе. На протяжении XIX в. статус Калмыцкой степи и положение буддийской общины неоднократно менялись в результате административных реформ российского правительства. Так, по «Правилам для управления калмыцким народом» 1825 г. Калмыцкая степь была подчинена Министерству внутренних дел, которое занималось установкой и изменением организации управления, разделом улусов, финансированием расходов аппарата, назначением Главного пристава, подчинявшегося астраханскому губернатору. Во главе Калмыцкой степи устанавливалась Комиссия Калмыцких дел, возглавляемая астраханским губернатором. Духовенство в лице ламы активно принимало участие в Комиссии Калмыцких дел и национальном суде Зарго, Положение отдельно выделяло духовный суд и определяло его юрисдикцию.



Стремление учесть административные исторические традиции калмыцкого народа, его социально-экономическое положение, реалии времени приводит правительство к принятию нового нормативного акта. Таковым становится «Положение об управлении калмыцким народом», утвержденное 24 ноября 1834 г., активно реализуемое при участии И.С. Тимирязева, ставшего астраханским губернатором в этом году. Положение вводило самостоятельную систему областного и местного управления, не входившего в губернскую. Астраханский губернатор выступал как представитель МВД, в его Канцелярии учреждался Стол для производства дел, относящихся к калмыцкому народу. Положение 1834 г. фиксировало социальную структуру калмыцкого общества, состоявшую из двух сословий: привилегированное (нойоны, зайсанги, духовенство) и сословие простолюдинов. Значительно изменилось положение буддийского духовенство: ламу с 1834 г. утверждал лично император, вводился новый клерикальный орган: «Ламайское духовное правление».

И.С. Тимирязев становится астраханским губернатором в начале действия нового Положения, реализация которого вызывала нарекания и обращения губернатора в Министерство внутренних дел с проектами реформирования, в частности и статуса буддийской общины. Рассмотрим деятельность и предложения И.С. Тимирязева по этому вопросу.



В 1830-е гг. Министерство внутренних дел активизировало формирование штатов сотрудников, специализировавшихся на работе с приволжскими калмыками. Анализ интенсивности данной работы показал, что существовавшая к тому времени система подготовки штатов не оправдала себя – существовавшую на Аптекарском острове в Санкт-Петербурге Медицинскую школу, готовившую в том числе и переводчиков с калмыцкого, было решено закрыть в 1836 г. В связи с этим из Департамента исполнительной полиции МВД на имя астраханского губернатора 18 августа 1936 г. поступило предложение разработать проект создания в Астрахани специализированного калмыцкого училища. В ответ И.С. Тимирязев и Совет управления Калмыцкого народа к ноябрю 1836 г. подготовили проект устава калмыцкого училища. Определяя целью училища распространение в калмыцком народе русского языка и подготовку штатов для калмыцкого управления, разработанный устав определял и особенности внутренней жизни училища. Обращает на себя внимание особая роль, отводившаяся буддийскому духовенству и буддийской идеологии в системе образовательных курсов.

По планам губернатора в штат училища необходимо было ввести преподавателя буддийского вероисповедания, которым мог стать один из буддийских священнослужителей-гелюнгов Ламайского духовного правления, назначенный ламой. Кроме того, на время буддийских праздников, вводился особый режим посещения учащимися занятий. Предложенный вариант в значительной степени отличался от общей вероисповедной политики правительства России по отношению к буддизму вообще и к калмыцкому буддизму в частности. Данная редакция устава фактически приравнивала буддизм к православию. Обращает на себя внимание и особая роль, отводившаяся Ламайскому духовному правлению, которое определяло преподавателя буддийского вероисповедания. Подобное расхождение общегосударственной и региональной вероисповедной политики сразу обратило на себя внимание Министерства народного просвещения, подвергшего проект устава резкой критике. В рецензии на проект чиновники министерства определяли предложение как «странное и несвоевременное».



Введение в перечень предметов наряду с преподаванием Закона Божьего – буддийского вероучения на национальной окраине империи рассматривалось как опасный нонсенс и участие буддийского священнослужителя предлагалось ограничить только проведением обрядов. Результатом межведомственной переписки становится новый проект устава, разработанный главным попечителем калмыцкого народа к 1 ноября 1841 г. Предложенный проект стал правовой основой существования калмыцкого училища, открытого при здании управления Калмыцкого народа в Астрахани. Пять параграфов устава оговаривали участие в учебном и воспитательном процессе гелюнга, назначенного ламой. По уставу гелюнг дополнял штат вспомогательного персонала, являясь комнатным надзирателем и помощником преподавателя училища. Функции гелюнга сводились к обучению детей калмыцкому языку, кроме того, обязательным требованием к священнослужителю было хорошее знание русского языка для общения с чиновничеством и культурной интеграции воспитанников пансиона.

Губернатор И.С. Тимирязев выразил свое мнение и по поводу миссионерской деятельности православной церкви среди калмыков. В своем рапорте министру Д.М. Блудову о положении калмыцкого народа от 5 марта 1836 г. губернатор отмечал приверженность калмыков буддизму и значительный авторитет духовенства в обществе. Губернатор подчеркивал тесную связь духовенства и светской аристократии, обвиняя монашескую общину в преследовании личной экономической выгоды и в скрытом противодействии российскому государству. Несмотря на общую негативную характеристику калмыцкого общества, И.С. Тимирязев отвергал насильственную и агрессивную христианизацию. По мнению губернатора для принятия христианства калмыками потребуются десятки лет, для чего государству нужно коренным образом изменить быт калмыцкого народа, учредить калмыцкое училище. Показателен сам вывод губернатора, к тому времени хорошо разбиравшегося в социально-политической и социо-культурной ситуации, сложившейся в Калмыцкой степи. Примечательно, что И.С. Тимирязев настаивал и на общем изменении тактики миссионерской работы. По мнению губернатора, проповедники должны изучать калмыцкий язык и основы буддийского вероучения: «…дабы каждый миссионер мог бы выставить преимущество учения христианского перед язычеством».



Наличие механизма регулирования жизни буддийской общины в виде бюрократического аппарата Ламайского духовного правления позволило региональным властям реализовать одну из главных целей политики регламентации внутренней жизни Калмыцкой степи – контроль за внутрисословным распределением финансовых потоков. По предложению И.С. Тимирязева с 12 января 1837 г. Ламайское духовное правление начало сбор сведений о приношении храмам и духовенству. В обязанности казначеев калмыцких хурулов вменялось ведение оформленных по требованиям российской бюрократической системы того времени приходно-расходных книг с ежегодной отчетностью. С 23 января 1837 г. предоставление ежегодной отчетности решением губернатора становится обязательным для исполнения во всех буддийских монастырях Калмыцкой степи.

Новым шагом к включению буддийской общины в систему российского бюрократического аппарата становится разработанная И.С. Тимирязевым система наделения духовенства индивидуальными удостоверениями по аналогии с православным духовенством. Смысл этого нововведения можно расценивать двояко. Главной задачей разработанного документа было ограничение правовой самостоятельности буддийской общины. Статус духовенства, дававший право на значительные привилегии в калмыцком обществе, находившийся в юрисдикции общины, с 26 февраля 1837 г. становится частью юрисдикции российского бюрократического аппарата. Немаловажной причиной обостренного внимания российского чиновничества к буддийским традициям принятия сана, функционирования отдельных монастырей, штату малых и больших хурулов было стремление регламентировать, а в дальнейшем значительно сократить численность калмыцкого духовенства. Обращает на себя внимание сама формулировка экстренно разработанного свидетельства для буддийского духовенства. В тексте одновременно присутствуют и Святая Троица и Далай-лама. Заверялось свидетельство печатью российского чиновника – «казенной печатью».

К деятельности И.С. Тимирязева по регламентации жизни калмыцкой буддийской общины относится участие в разработке законодательства 1847 г. «Положение об управлении калмыцким народом» было принято уже после отставки И.С. Тимирязева. Но общий ход подготовки подобных законодательных актов и ссылки на предложения губернатора в документах Российского государственного исторического архива свидетельствуют об активном участии губернатора в его подготовке. Остановимся на регламентации религиозной жизни калмыцкого народа по Положению 1847 г. Роль астраханского губернатора в решении том числе и религиозных дел значительно усиливалась, упразднялся национальный суд Зорго – в котором активное участие принимали и духовные лица. Приволжским калмыкам предоставлялась свобода вероисповедания, но упразднялось Ламайское духовное правление, не оправдавшее надежд по консолидации духовенства, верховная власть передавалась в руки ламы, кандидатуру которого предлагал губернатору Главный попечитель калмыцкого народа. Утверждал кандидатуру ламы лично император. Кроме ламы вопросы численности духовенства, количества хурулов, расследование уголовных преступлений духовенства возлагалось на Палату государственных имуществ. Определялся штат буддийского духовенства – 1489 чел.

В продолжение характеристики истоков Положения 1847 г. необходимо проанализировать т.н. «Предложения астраханского военного губернатора» – письмо И.С. Тимирязева ламе калмыцкого народа Джамбо-бакши Габунг Намкиеву от 28 мая 1838 г. Данный документ, сохранившийся в фонде «Ламайского духовного правления» Национального архива Республики Калмыкия, хорошо характеризует как позицию самого губернатора, так и позицию российского чиновничества относительно буддийского духовенства. Обращает на себя внимание сама подача текста, содержащего планы по сокращению штата духовенства и количества монастырей. Губернатор ссылается на аудиенцию, на которой присутствовал лама и обсуждался наболевший вопрос о сокращении духовенства. Лама представлен в качестве союзника в проведении реформ и исполнителя распоряжений губернатора.



Письмо содержит также аргументацию в отношении необходимости сокращения штатов буддийского духовенства. Одним из основных аргументов, который привел И.С. Тимирязев, и будет приводиться в переписке российского чиновничества на протяжении всего XIX в., стал аргумент о финансовых злоупотреблениях в среде буддийского духовенства, о высокой стоимости религиозных ритуалов для простого народа. В качестве примера губернатор приводил дело о разорении гелюнгами владельцев административных частей Калмыцкой степи – Яндыковского, Икицохуровского улусов – Церен-Убуши и Церен-Арши. Необходимо отметить, что приводимые И.С. Тимирязевым примеры в целом характерны для калмыцкой традиции – при серьезном заболевании представители аристократии и простолюдины действительно жертвовали монастырям скот и эти пожертвования могли быть весьма значительными. Вторым аргументом И.С. Тимирязева стало обвинение буддийской общины в возросшей политической активности – «…пишут разным калмыкам жалобы, вовлекают их в тяжбы и обирают их за труды». Необходимо отметить, что в повседневной жизни Калмыцкой степи XIX в., при наличии небольшой прослойки грамотного населения, буддийские монахи выступали переводчиками, секретарями, делопроизводителями для владельцев и простолюдинов.

Еще одним веским, по мнению губернатора, аргументом стало сравнение положения калмыцкого духовенства с положением духовенства в других конфессиях – «…ни в одном народе разных исповеданий нет такой огромной массы духовенства». Аргументация предваряла предложения губернатора по реформированию калмыцкой буддийской общины. Основным лейтмотивом этих предложений становятся сокращение численности духовенства и строгая централизация общины. Руководствуясь этой «…мерою действительной надобности» И.С. Тимирязев предложил ламе рассмотреть вопрос о сокращении штатов в два раза, оставить в духовном звании лиц имеющих положительные рекомендации у местной аристократии. Впервые губернатор предложил регламентировать внутреннюю жизнь монастырей – монахи не должны были отлучаться из хурулов (монастырей), вмешиваться в светские дела, влиять на население. За нарушение этого нового устава монастыря нес ответственность настоятель.

«Предложения астраханского военного губернатора» содержат еще два программных заявления, на реализацию которых будут направлены усилия российского чиновничества в последующие годы. Губернатор предложил сократить количество больших улусных хурулов до одного при ставке. Мотивацией этого предложения вновь становится аналогия с положением других концессий – «…у нас в России каждый губернский город имеет по одному главному собору». Вместе с тем настоящей причиной предлагаемого упразднения больших хурулов, кроме общего сокращения духовенства, становится стремление уменьшить политическое влияние общины. Из числа багший – настоятелей больших хурулов выбиралась кандидатура ламы, они же активно участвовали в социально-политической жизни улусов Калмыцкой степи. Упразднение хурулов предлагалось сопровождать упразднением должности багши, а следовательно сокращением участников политического процесса в регионе со стороны буддийской общины.

Кроме того, обращает на себя внимание предложение И.С. Тимирязева, затрагивавшее одну из основных задач российского правительства в Калмыцкой степи – вопрос перевода населения к оседлости. Отход от кочевого скотоводства, кочевого способа ведения хозяйства, быта рассматривался правительством как основной способ ассимиляции калмыцкого народа. Методы решения этой проблемы были разнообразные – от ассимиляции светской элиты, до внедрения новых методов ведения хозяйства, распространения земледелия. И.С. Тимирязев в 1838 г. предложил новое направление приведения к оседлости – через создание сети оседлых монастырей, как притягательных для населения центров духовной культуры. Тем самым губернатор дополнительно мотивировал необходимость сокращения штата малых монастырей. По его мнению, сосредоточение хурулов в улусных ставках в перспективе приведет население к стремлению селиться вблизи от крупных религиозных центров.

По мнению О.М. Юштина – секретаря Астраханской духовной консистории, автора брошюры «Обзор мероприятий к распространению христианства между калмыками», предложения И.С. Тимирязева 1838 г. стали реакцией на обращение правительства к вопросу о численности духовенства. О.М. Юштин приводит сведения о докладе министра государственных имуществ П.Д. Киселева Николаю I, в которых было обращено внимание на «большое число духовных лиц в калмыцком народе». Результатом доклада стали рекомендации астраханскому губернатору И.С. Тимирязеву о необходимости поиска путей для сокращения штатов в тесном контакте с ламой калмыцкого народа.

Вследствие проводившейся Николаем I в 1830-е гг. политики по военизации государственного аппарата основным источником формирования губернаторского корпуса было высшее офицерство. Вместе с тем, участие военных губернаторов в жизни отдельных регионов России было значительным и определяло внутреннюю политику на долгие годы. Астраханский военный губернатор И.С. Тимирязев сыграл большую роль в жизни региона. Участие его в регламентации жизни буддийской общины приволжских калмыков – тема, не раскрывавшаяся ранее в отечественной историографии. Обзор неопубликованных источников показал, что губернатор И.С. Тимирязев принимал активное участие в регламентации социально-политического статуса буддийской общины приволжских калмыков.

Тема российских религиозных реформ XIX в. в отношении буддийской общины приволжских калмыков сложна для изучения, поскольку требует не только привлечения многочисленных материалов региональных и федеральных архивов, но и анализа биографии основных участников этих реформ, многие из которых, как И.С. Тимирязев, принимали участие в них, руководя региональными органами власти. Именно инициатива, мотивация региональных чиновников во многом определяла политику России на национальных окраинах.


Аннотация / Annotation

В статье на материалах центральных и региональных архивов анализируется деятельность астраханского губернатора И.С. Тимирязева в 1830-е - 1840-е гг по реализации «Положения об управлении калмыцким народом» 1834 г., регламентирующего религиозную жизнь калмыков, его предложения по проведению миссионерской работы среди приверженцев буддийской конфессии. Приведены служебные записки, фрагменты личной переписки, официальные документы по данной теме.

In the article on materials of the central and regional archives is analyzed the theme that is not considered earlier - participation of Astrakhan governor I.S.Timirjazev in 30-40 th of XIX century in development and realizations of acts regulating a religious life of kalmyks. Service records, fragments of personal correspondence, official documents on the given theme are resulted.


Ключевые слова / Keywords

Калмыцкое ханство, Астраханский губернатор, И.С. Тимирязев, религиозные реформы, христианизация, Калмыцкая степь, Комиссия Калмыцких дел, Ламайское духовное правление, буддийская община, архивные фонды. The Astrakhan governor, religious reforms, Kalmyk steppe, The Commission of kalmyk affairs, Lamas spiritual board, a Buddhist community


Курапов Андрей Алексеевич

Kurapov Andrey Alekseevich

Кандидат исторических наук, доцент, заместитель директора по науке, ОГУК «Астраханский государственный музей-заповедник».

The candidate of historical sciences, the senior lecturer, the assistant of directors on a science: RSBC « Astrakhan state museum - reserve».

Телефон 8(8512)259000, 89275518184

E-mail: Этот e-mail адрес защищен от спам-ботов, для его просмотра у Вас должен быть включен Javascript




Полностью материал публикуется в российском историко-архивоведческом журнале ВЕСТНИК АРХИВИСТА. Ознакомьтесь с условиями подписки здесь.