Выбор читателей:

ПРОПАГАНДИСТСКИЙ ФИЛЬМ КАК ИНСТРУМЕНТ КУЛЬТУРНОЙ ДИПЛОМАТИИ США В ЗАПАДНОЙ ГЕРМАНИИ В НАЧАЛЕ «ХОЛОДНОЙ ВОЙНЫ»: ОТ ДЕНАЦИФИКАЦИИ К ФИЛЬМАМ ПЛАНА МАРШАЛЛА (1945–1953)

News image

Е.В. ЛЕКЕН, г. Москва, Российская Федерация ПРОПАГАНДИСТСКИЙ ФИЛЬМ КАК ИНСТРУМЕНТ КУЛЬТУРНОЙ ДИПЛОМАТИИ США В ЗАПАДНОЙ ГЕРМАНИИ В НАЧАЛЕ «ХОЛОДНОЙ ВОЙНЫ»: ОТ ...

РЕГИОНАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ В ИЗОБРАЖЕНИЯХ. АУДИОВИЗУАЛЬНЫЕ ДОКУМЕНТЫ В АРХИВАХ МОСКОВСКОЙ ОБЛАСТИ

News image

А.И. РОЗАНОВ, г. Москва, Российская Федерация РЕГИОНАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ В ИЗОБРАЖЕНИЯХ. АУДИОВИЗУАЛЬНЫЕ ДОКУМЕНТЫ В АРХИВАХ МОСКОВСКОЙ ОБЛАСТИ Аннотация В статье раскрывается состав и содержание ...

АУДИОВИЗУАЛЬНЫЕ ДОКУМЕНТЫ ПО ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ В РОССИЙСКО–ШВЕДСКИХ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИХ ПРОЕКТАХ

News image

М.А. ЧИЧУГА, г. Москва, Российская Федерация АУДИОВИЗУАЛЬНЫЕ ДОКУМЕНТЫ ПО ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ В РОССИЙСКО–ШВЕДСКИХ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИХ ПРОЕКТАХ Аннотация Автор характеризует состав и содержания аудиовизуальных документов, касающихся ...

ИСТОЧНИКОВАЯ БАЗА ИЗУЧЕНИЯ КУЛЬТУРНОЙ И ОБЩЕСТВЕННОЙ ЖИЗНИ РУССКОГО ЗАРУБЕЖЬЯ: РУССКОЯЗЫЧНАЯ ПЕРИОДИКА СЛОВАКИИ И ПОДКАРПАТСКОЙ РУСИ 1919-1944 гг. ВОПРОСЫ БИБЛИОГРАФИРОВАНИЯ

Печать PDF

Целостное и комплексное изучение истории Русского зарубежья требует исследования максимального круга исторических материалов. В этой связи основной задачей становится выявление, изучение и введение в научный оборот новых пластов ранее недоступных источниковых комплексов. Как отмечал профессор Реннского университета, историк Д.М. Шаховской, «решение проблем, поставленных источниковедением, наследия русской эмиграции, начинается с библиографии»1.

Настоящая работа является своеобразной библиографической реконструкцией истории культурной и общественной жизни карпаторусского населения и русской эмиграции в Словакии и Подкарпатской Руси 1919-1944 гг. и впервые представляет полную библиографию всей периодической печати на русском языке, выходившей в Словакии и Подкарпатской Руси в обозначенный период2.

В то же время данная библиография - один из промежуточных этапов на пути создания полного репертуара периодики Русского зарубежья XX в., являющегося одной из актуальных задач российской библиографии.

Ценность систематизации и собирания именно периодических изданий вполне очевидна, поскольку нет более надежного и непосредственного источника для воссоздания исторической ретроспективы. Библиографирование русскоязычной периодической печати Словакии и Подкарпатской Руси 1919-1944 гг. призвано восполнить существующий пробел в историческом знании о карпаторусской и эмигрантской культурной и общественной жизни региона и позволит прояснить целый ряд спорных и недостаточно изученных вопросов истории Русского зарубежья (понятие включает в себя не только эмиграцию, но и местный карпаторусский субстрат)3.

Уже в 1930 г. актуальность и важность этой проблемы осознавал выдающийся русский ученый-славист Ф.Ф. Аристов, который писал: «<...>Русские исследователи в России должны (курсив автора. - Е.Г.) были заняться всесторонним изучением Карпатской Руси <...> (это пять миллионов коренного русского населения Галицкой, Буковинской и Угорской (ныне Подкарпатской) Руси, представляющих собой небольшую, но стойкую часть обширного русского мира),<...> но этого, однако, не сделали. Этот пробел необходимо восполнить и он, конечно, будет восполнен! Это - вопрос лишь времени и, надеемся, уже недалекого времени!». И далее ученый уточнял: «Каждый исследователь в области руссоведения, т.е. всестороннего и, действительно, полного изучения русского мира (заметим, что понятие было введено Ф.Ф. Аристовым. - Е.Г.), найдет для себя новый, интересный и мало используемый (курсив мой. - Е.Г.) материал, касающийся прошлой и настоящей жизни Карпатской Руси: ее истории, языка, литературы, искусства, народного быта, религиозных верований, социально-экономического развития и национально-политической борьбы »4.

Создание источниковедческой базы истории Подкарпатской Руси, Пряшевской Руси и русской эмиграции в Словакии нереализуемо без выявления и систематизации периодических изданий, которые являются своеобразными летописями и хроникой жизни и деятельности русскоязычного населения региона в сравнительно короткий, но яркий и насыщенный исторический период, характеризующийся интенсивной издательской деятельностью5.

По мере исследования данного вопроса выяснилось, что именно в этот период выходило самое большое количество русскоязычных изданий за всю историю периодической печати данного региона (в составленной автором картотеке учтено 40 выявленных изданий по Словакии, из них 20 - эмигрантских, и 98 по Подкарпатской Руси, включая 34 издания на «язы-чии» - традиционной этимологической системе письма, близкой церковно-славянскому и русскому литературным языкам). Для сравнения, до 1918 г. в Ужгороде выходило 15 периодических русскоязычных изданий, а с 1918 по 1944 г. их количество выросло до 89 (включая 29 - на «язычии»).

Изучаемые в рамках настоящего исследования периодические издания в России почти неизвестны, так как самое выявление этих изданий в силу разного ряда причин, прежде всего идеологического характера, не велось в нашей стране до начала 1990-х гг. сколько-нибудь последовательно, а в указателях периодики Русского зарубежья, изданных в Германии, Франции, США и других странах, эти издания либо отсутствуют, либо описаны неточно6. Вышедшие в последние годы в России библиографические справочники содержат большие лакуны и много неточностей в описании данных изданий7. И если к настоящему времени в России уже созданы библиографические справочники, посвященные изучению культурной и издательской деятельности русскоязычного населения отдельных стран8, то библиографических пособий, при помощи которых возможно изучение культурного наследия (в том числе издательской деятельности) карпаторусского населения и русской эмиграции в Словакии и Подкарпатской Руси, до сих пор не создано.

Задачи исследования сформулированы впервые, не рассматривались в едином комплексе в отечественных и зарубежных библиографиях и реализуемы через целенаправленный поиск и выявление выходивших изданий, их систематизацию и составление научного библиографического описания, анализ содержательной характеристики изданий, составление именного и хронологического указателей, внесение всех сведений в библиографическую электронную базу данных.

Первое намерение создать в России карпаторусскую библиографию (основная часть данной работы) принадлежит уже цитированному выше выдающемуся русскому ученому, основателю карпатоведения Федору Федоровичу Аристову (1888-1932). На основании собиравшихся и изучавшихся на протяжении четверти века материалов, ученый составил аннотированную картотеку (1000 карточек) по вопросам материальной и духовной культуры карпатороссов за период с 1848 по 1930 г., включавшую описание периодических изданий и предполагавшуюся для издания не книгой, а в виде аннотированных карточек. Успела выйти в свет лишь единственная его брошюра по данной теме - «Карпато-русская библиография: Аннотированная библиотека», изданная Ставропигийским институтом во Львове в 1930 г., которая явилась предисловием и введением к задуманной библиографии. В предисловии ученый сформулировал цель, задачи, объем и характер содержания будущей библиографии, а во введении изложил основы изучения литературного развития Карпатской Руси. Дальнейшие усилия в этом направлении не привели к положительным результатам, и библиография не была издана, а все подготовительные материалы к ней вместе с другими трудами ученого были в 1931 г. конфискованы органами НКВД и уничтожены. После смерти ученого работа в данном направлении в России была прекращена.

Примерно в это же время за пределами России было предпринято несколько попыток зафиксировать данные периодические издания. В 1936 г. глава Союза подкарпатских журналистов Иосиф Каминский напечатал статью9, в которой кратко (и неполно) перечислена карпаторусская периодика и ее издатели. В 1940 г. руководитель Украинского исторического кабинета в Праге Аркадий Животко опубликовал библиографию, посвященную прессе Карпатской Украины 1919-1938 гг.10, где среди изданий на украинском, чешском, словацком, венгерском языках кратко описаны и русскоязычные издания (также неполно). В 1943 г. в Унгваре (Ужгороде) Подкарпатским Обществом Наук (ПОН) была издана «Загальна библюграф1я Под-карпатя», составленная ученым секретарем ПОН Николаем Лелекачем и директором ПОН Иваном Гарайдой11, включающая литературу с конца XVIII в. до 1943 г. Несмотря на неоспоримые достоинства данной библиографии как первого издания подобного рода, указатель содержит лакуны и очень много неточностей, в том числе в описании периодики на русском языке. Авторы библиографии в предисловии просят читателей простить их за возможные неспециальные пропуски ввиду преодоления огромных трудностей при ее составлении, вытекающие из национального и территориального положения края. Заметим также, что эта библиография была издана в период оккупации Подкарпатской Руси Венгрией в годы Второй мировой войны.

В конце 1960-х годов Матица словенска в Мартине (Словакия) выпустила в свет два тома фундаментального ретроспективного библиографического указателя периодики, выходившей в Словакии в 1919-1944 гг.12, где частично и неполно отражена и русскоязычная периодика в описании на латинице.

История русской эмиграции в Словакии в 1920-1930-е гг. становится предметом изучения лишь с середины 1990-х годов, после снятия идеологических запретов с исследования этой темы, результатом чего явились две монографии исследовательницы из Прешова Л.Гарбулевой13. Первая книга посвящена истории создания и деятельности в 1923-1944 гг. Русской православной миссии и ее церковной типографии в селе Ладомирова на северо-востоке Словакии, ставшей не только духовным центром русской эмиграции в Словакии, но и центром Русской зарубежной церкви в Европе и распространявшей русское печатное православное слово по всему Русскому зарубежью. В книге кратко дается характеристика печатных изданий Миссии, в том числе периодических изданий. Вторая книга является обобщающим исследованием, посвященным жизни и деятельности русских эмигрантов в Словакии между двумя войнами, в том числе отмечено издание эмигрантской периодики.

В 1996 г. в Праге вышла в свет трехтомная ретроспективная библиография, учитывающая труды русской, украинской и белорусской эмиграции «первой волны», в том числе и эмигрантскую периодическую печать14. К сожалению, и эта библиография содержит неточности и лакуны.

На Украине в этот же период начинается работа по созданию полного репертуара украинской периодики XIX-XX вв., в связи с чем был создан Научно-исследовательский центр периодики Львовской научной библиотеки им. В. Стефаника НАН Украины. Центром изданы историко-библиографические исследования периодики Закарпатья15. Хочется отметить, что библиографии составлены на высоком профессиональном уровне, но содержательная характеристика «москвофильской» периодики страдает тенденциозностью.

Каждый составитель библиографии сам определяет пути поиска материала, и задача его сбора не имеет однозначных, предписанных нормативными документами решений. «Маршрут» поиска для составления каждой библиографии свой, методика поиска сугубо индивидуальна и построена во многом на интуиции. Алгоритмы поиска возможны разные, но все они основаны на неких обязательных установках, диктуемых законами библиографии. Эти законы точно сформулировал Г.А. Ильинский в предисловии к составленной им образцовой Кирилло-Мефодьевской библиографии: «Чувство трагической беспомощности и бессилия особенно хорошо должно быть знакомо всякому библиографу. И это понятно. Ведь всякая библиография только тогда достигает цели, если строгая систематичность соединяется в ней с максимальной полнотой и точностью данных. Но выполнить эти три постулата нелегко даже в том случае, когда темой библиографического указателя является лицо или предмет узкоместного, провинциального значения, <...> только в исключительно-благоприятных случаях библиограф может зарегистрировать на своих карточках все напечатанное по данному вопросу и ознакомиться с каждым произведением de visu»16.

Особенностью издательской деятельности данного периода являются небольшие тиражи изданий, непериодичность или краткость их выхода, частое изменение названия издания, перемены в составе редакционных и издательских коллегий. Поэтому первый этап настоящего исследования состоял в максимально полном выявлении периодических изданий, значительная часть которых в силу вышеуказанных особенностей представляет библиографическую редкость.

Приступая к работе над указателем, составитель библиографии осознавал, что, помимо сугубо библиографических, лингвистических, исторических проблем, его ждет главное препятствие - разбросанность материалов по библиотекам и архивам многих стран, и в первую очередь, Словакии, Чехии, Украины, России. К сожалению, ввиду отсутствия координирующих организаций данного рода деятельности, устанавливать контакты с библиотеками и архивами названных стран приходится самому составителю17. В связи с этим хочу выразить глубокую благодарность директору Государственной научной библиотеки в Банской Быстрице пани Ольге Лауковой, которая вот уже третий год в личном порядке помогает составителю координировать усилия в нахождении нужных материалов в библиотеках Словакии.

Все выявленные издания предполагают просмотр de visu.

Второй этап проекта - библиографическая обработка выявленных изданий. Библиографирование периодических изданий осуществляется в настоящее время преимущественно на основе фондов Российской государственной библиотеки, ИНИОН, ВГБИЛ, Научной библиотеки ГА РФ, научных библиотек Словакии. К сожалению, ни в одной из упомянутых выше библиотек нет полных годовых комплектов этих изданий: все комплекты имеют лакуны. В дальнейшем составитель надеется расширить географию обследования фондов библиотек.

Составитель отмечает, что не все описания могут претендовать на информационную исчерпанность, поскольку отдельные издания будут библиографированы на основании неполных комплектов, а иногда и одного числа (номера). Для некоторых изданий остается невыясненным вопрос о времени их выхода в свет и количестве номеров, появившихся в том или ином году. Разные источники зачастую указывают об этом различные, порой противоречивые сведения.

Составитель счел возможным включить в указатель периодику, которую не удалось разыскать и просмотреть de visu, на основе использования материалов авторитетных библиографических указателей, а также других источниковедческих изданий. Поскольку настоящая библиография является первой попыткой библиографирования русскоязычной прессы данного региона, составитель посчитал для себя движение вширь важнее движения вглубь, т.е. выявление и фиксация источников вширь явится необходимым условием и стимулом для их дальнейшего изучения вглубь.
Важной задачей автор библиографии считает составление именного указателя с краткими биографическими данными, поскольку отраженные в нем фамилии неизвестны не только широкому читателю, но даже специалистам-славистам.

«Область Подкарпатской Руси со стороны политической, культурной, социальной - вообще в социологическом отношении — является одной из самых интересных земель в Средней Европе. Она в особенности знаменательна для славян, ибо прямо переполнена, можно сказать, перегружена проблемами, осложнениями и всякого рода вопросами, в которых проявляются особые типические славянские споры. <...> Здесь так остра борьба за окончательную культурную ориентацию, за письменный язык, за вероисповедание, за национальную традицию, короче говоря, за создание единого национального типа. <...> В нынешних борствованиях этого славянского элемента населения наблюдаются здесь ориентации общерусская, малорусская и, наконец, ориентация местная, некий русинизм или карпаторус-сизм (курсив автора. - Е.Г.). В связи с этими ориентациями находятся все ваши бои за язык, а отчасти и за вероисповедание, в особенности за православие», - писал во время посещения Подкарпатской Руси в 1934 г. министр иностранных дел Чехословацкой республики Эдвард Бенеш18. Хочется надеяться, что данная работа поможет лучше узнать и понять «все русские направления», которые, по словам Э.Бенеша, совместно представляли в Подкарпатской Руси «решительное большинство, а именно 63% населения»19, и ответить на вопросы, не потерявшие актуальности и сегодня.

Примечания

1 Шаховской Д.М. Библиография Русского зарубежья // История и историки. М., 1995. С. 389.

2 «С окончанием войны в 1918 году распалась, как известно, Австро-Венгрия на свои составные части <...>. Было принято решение добровольно присоединиться, на правах автономной области, к возникшей тогда Чехословацкой Республике, но край оказался разделенным на две части: отдельный край составила Карпатская Русь по реку Уж (территория современной Закарпатской области Украины. - Е.Г.), а Пряшевщина была включена в состав Словакии», -писал ученый-славист Георгий Геровский в статье «Историческое прошлое Пряшевщины» (Пряшевщина: Ист.-лит. сб. Прага, 1948. С. 92). «Под словом «Пряшевщина» (территория Восточной Словакии. - Е.Г.) подразумевается русский этнос, находящийся в пределах нынешней Словакии. <...> Название это происходит от города Пряшев (русское название словацкого города Прешов. - Е.Г.), культурного и духовного центра русских, создавшегося естественной группировкой нашего населения <...>», - отмечал историк Николай Бескид в статье «Краткий исторический очерк Пряшевщины» (Пряшевщина: Ист.-лит. сб. Прага, 1948. С. 54).

3 Мы сознательно употребляем этноним «карпаторусские» как синоним этнонима «русины», по отношению к местному населению Подкарпатской Руси и Восточной Словакии, так как он наиболее полно отражает самоидентификацию, национальную идентичность, национально-культурную ориентацию коренного населения и интеллигенции края и был широко распространен в исследуемый период. Как писал историк культуры И.Шлепецкий, «население Карпатской Руси на протяжении веков называлось «карпаторус-ским», «карпатороссами», определяя таким образом одновременно свою территориальную и национальную принадлежность. С таким же содержанием эти термины вошли и в научную литературу <...> и уточняют всякую работу, относящуюся к территории исторической Карпатской Руси и ее населению. Поэтому весьма полезно <...> употреблять историческую терминологию этой области русских исторических земель, в IX-XI вв. входивших в состав Киевской Руси» (Шлепецкий И. Карпаторосс, карпаторусский // Свободное слово Карпатской Руси. N.Y., 1967. №3-4. С. 19-20). Современный исследователь К.В. Шевченко отмечает, что «к моменту вхождения в состав Чехословакии, возникшей после распада Австро-Венгрии в октябре 1918 г., в населенных русинами закарпатских землях в целом преобладало традиционное русофильство. Специфика территорий <...> нашла свое отражение в их официальном названии - Подкарпатская Русь» (Шевченко К.В. Русинский вопрос и политика Чехословакии в межвоенный период // Русский сборник: Исслед. по истории России XIX-XX вв. Т. 1. М., 2004. С. 282).

4 Аристов Ф.Ф. Карпато-русская библиография: (Аннот. б-ка). Львов, 1930. С. 10,12.

5 «После переворота, когда русский язык был признан конституцией Чехословацкой республики, когда русская книга стала законной, когда дело просвещения в русском духе взяло на себя правительство, положение книжной продукции у нас изменилось коренным образом. В настоящее время русский шрифт имеют почти все типографии на Подкарпатской Руси. Кроме того возникли типографии со специальной целью обслуживать карпаторус-скую прессу, как, напр., "Школьная Помощь", "Унио", "Свобода", Г.Миравчик в Ужгороде, "Карпатия" в Мукачеве и др. Карпато-русские книги в настоящее время издает до 6-ти книгоиздательств, не считая отделов Земского Уряда и Окружных Народопросвети-тельных Рад, как организаций официальных. По приблизительному подсчету за десять лет нашего свободного существования вышло книг, учитывая печатные листы, в восемь раз больше, чем за все время существования карпаторусской книги до переворота», - писал политический деятель и журналист Стефан Фенцик в статье «К истории карпаторусской книги» (Фенцик СА. Список книг, рекомендованных в сельские библиотеки на Подкарпатской Руси. Ужгород, 1929. С. 7). На Пряшевской Руси такими типографиями были «Книгопечатня св. Николая» в Пряшеве и Русская церковная типография преп. Иова во Владимировой на Словенску. Русская эмигрантская периодика Словакии печаталась также стеклографическим способом.

6 См., напр.: Указатель периодических изданий эмиграции из России и СССР за 1919-1952 гг. Мюнхен, 1953; Ossorguine-Bakounine Т. L'emigration russe en Europe: Catalogue collectif des periodiques en langue russe. 1855-1940. Paris, 1976; Shatoff M. Half a century of Russian serials.1917-1968: Cumulative index of serials published outside the USSR: 4 vols. N.Y., 1971-1972 и другие указатели.

7 См., напр.: Сводный каталог периодических и продолжающихся изданий Русского зарубежья в библиотеках Москвы (1917— 1996 гг.) / Сост. А.И. Бардеева и др. М., 1999 (отражены лишь 34 из 149 выявленных автором изданий).

8 См., напр.: Абызов Ю. Русское печатное слово в Латвии 1917-1944 гг: Биобиблиогр. справ.: В 4 ч. Stanford, 1990-1991; Русская печать в Эстонии 1918-1940: Био-библиогр. и справ, материалы к изучению культур, жизни рус. эмиграции: В 2 вып. / Сост. Фигурнова О.С. М., 1998; Полански П. Русская печать в Китае, Японии и Корее: Каталог собрания Б-ки им. Гамильтона Гавайского ун-та. М., 2002 и другие справочники.

9 Каминский И. Карпаторусская журналистика после 1919 года // Подкарпатская Русь за годы 1919-1936. Ужгород, 1936. С. 137-139.

10 Животко А. Преса Карпатсько! Украши // Животко А. Десять рок1в украшського вторичного кабшету (1930-1940). Прага, 1940. С. 51-70.

11 Загальна библк>граф1я Подкарпатя / Злож. ЛелекачъН., ГарайдаИ. Унгваръ, 1943.

12 Bibliografia slovenskych a inorecovych novin a casopisov z rokov 1919-1938 / Zost. Kipsova M. a kol. Martin, 1968; Fedor M. Bibliografia periodik na Slovensku v rokoch 1939-1944. Martin, 1969.

13 Harbul'ovdL. Ladomirovske reminescencie: Z dejin ruskej pravoslavnej misie v Ladomirovej 1923-1944. Presov, 2000 ; Harbul'ovd L. Ruska emigracia a Slovensko: (Posobenie ruskej pooktobrovej emigracie na Slovensku v rokoch 1919-1939). Presov, 2001.

14 Prace ruske, ukrajinskc a bcloruske emigrace vydane v Ceskoslovensku 1918-1945 = Труды русской, украинской и белорусской эмиграции, изданные в Чехословакии в 1918-1945 гг.: (Библиогр. с биогр. данными об авторах). Т. 1. Ч. 1-3. Praha, 1996.

15 Перюдика Зах1дно1' Украши 20-30-х pp. XX ст.: В 5 т. Льв1в, 1998-2003; Габор В.В. Украшсьш часописи Ужгорода (1867-1944). Льв1в, 2003.

16 Ильинский ГЛ. Опыт систематической Кирилло-Мефодьевской библиографии. София, 1934. С. VII.

17 Весьма актуально звучат слова главного редактора альманаха «Диаспора» О.А. Коростелева: «Сложившееся положение не позволяет вести речь о планомерной научной работе над крупными (библиографическими. - Е.Г.) проектами иначе как большими международными коллективами, основанными на соглашениях различных государственных и университетских хранилищ и исследовательских групп» (Коростелев ОЛ. Задачи, невыполнимые в одиночку (информационная база для изучения Русского зарубежья) // Вестник архивиста. М., 2005. № 1. С. 161).

18 Бенеш Э. Речь о подкарпаторусской проблеме. Прага, 1934. С. 34, 35, 37.

19 Там же. С. 37.